Рукопись, найденная в Выдропужске - Анна Дашевская Страница 65

— И в ресторане у нас сегодня музыка будет, – радостно сообщила мне круглолицая девушка с рецепшен, на бэдже которой было выведено имя Настя. – Живая, прямо целый оркестр, две гитары, саксофон и ударник. Забронировать вам столик?

Хотела я отказаться, вспомнив, как грохотала музыка на праздновании юбилея, но потом пожала плечами – я сегодня одна, разговаривать мне не с кем, так почему бы нет? И кивнула.

— Забронируйте. На восемь вечера, на одну меня.

— Ну почему же на одну, – раздался за моей спиной знакомый голос. – С твоего разрешения, я составлю компанию!

Резко развернувшись, я почти уткнулась носом в голубую джинсовую рубашку. Внутри рубашки был, вот неожиданность, господин Кузнецов, он смотрел на меня и улыбался с чрезвычайно довольным видом.

Ещё один… престидижитатор!

— Ты откуда тут взялся?

— Из Москвы, разумеется. Я же говорил, что моя обязанность – тебе помогать.

— И как меня нашёл?

— Душа моя, ты же не велела своим близким скрывать, куда ты поехала. Я связался с прекрасной Ядвигой Феликсовной, она сообщила, что ты отбыла продолжать наши исследования, и я отправился следом.

— А… – много ещё чего я хотела спросить, но посмотрела на девушку Настю, у которой, кажется, даже носик заострился из любопытства, и не стала. – Пойду заселюсь.

— Давай я твою сумку донесу, – не стал спорить «голос разума». – И поговорим о наших планах.

* * *

В номере ничего не изменилось. Даже недопитая бутылка воды по-прежнему стояла в холодильнике, ровно на том же месте, где я её и оставила. То есть, поскольку никто не заселялся, так и убирать не стали. Нормально, что уж там.

Ноутбук занял своё место на столе, дорожная сумка отправилась в шкаф, я ж вытащила из маленького рюкзачка мобильник и глянула на экран. Три пропущенных вызова, все с неизвестных номеров – идут в пень, мне некогда выслушивать предложения насчёт страшно выгодного кредита или стебаться над жуликами, представляющимися «службой безопасности банка». Одно сообщение от тётушки: «Звонил Кузнецов, я сказала, куда ты поехала. Доберёшься – напиши».

Кивнув, я быстро набила ответ: «Доехала, встретились. Вечером позвоню». Отложила телефон и повернулась к Кузнецову, который стоял у окна и, чуть отодвинув штору, внимательно смотрел во двор.

— Что ты там увидел?

— Бродячую кошку, – он отпустил занавеску. – Так какие у тебя планы?

Я посмотрела на часы: начало третьего.

— Сейчас позвоню отцу Павлу, мы договорились, если получится, сегодня встретиться.

Кузнецов кивнул, словно я нуждалась в его разрешении, потом поинтересовался:

— На моей машине поедем?

— В принципе, я на пикапе сегодня… – ответила я с некоторым сомнением. – Но у этой машины выхлопная труба на своём законном месте, а лужа вряд ли пересохла. Да, на твоей.

— Тогда вперёд.

— Погоди минуту, я возьму тут кое-что, старик просил привезти, – достала пакет с лекарствами, карамельками и солёными крекерами, и подняла бровь. – И чего мы ждём?

* * *

Дом, где поселился старый священник – скит, как назвал его церковный староста – мы видели ещё в прошлый раз, но я его особо не разглядывала. Три окна с когда-то белыми резными наличниками, облезлая голубая краска… Крыша, похоже, новая, шиферная. И трубу печную кто-то перекладывал явно.

В землю дом врос изрядно, ему явно было много лет, и крыльцо превратилось в крылечко с одной ступенькой. Зато там были перила с красивыми балясинами, стояло кресло-качалка и лежала кудлатая собака, чёрная с рыжими бровями. Собака подняла голову, посмотрела на наш остановившийся джип и мощным басом сказала: «Гав!».