Демон скучающий - Вадим Панов Страница 67

— Такое можно подстроить, – обронила Ада.

— При желании всё можно подстроить, – добавил Феликс. – При желании и уме.

Кожина бросила на Вербина быстрый взгляд и чуть улыбнулась:

— Согласна.

Полина их короткий диалог не поняла и вернулась к рассказу:

— К этому моменту Абедалониум уже был звездой. Не скажу, что вошёл в топ художников, но определённо был в первых рядах. Он предложил музею выкупить «Демона скучающего», и с тех пор картина не выставлялась. – Девушка быстро пролистала блокнот. – Вот, пожалуй, и всё.

— Значит, гениальная картина с яркой репутацией, команда высококлассных профессионалов и спонсор, – подытожил Феликс.

— Или же он сам достаточно богатый человек, – неожиданно произнесла Ада. – Учился живописи, обладает несомненным талантом, но по каким-то причинам не хочет выставляться под собственным именем.

— Как вариант, – согласился Вербин.

— Но почему? – удивилась Полина. – Зачем скрываться? Художникам нужна слава.

— Возможно, у него есть причина скрываться, – мягко ответила Ада.

— Которую сейчас пытаются выяснить мои коллеги, – брякнул Феликс, перехватил взгляд Кожиной, понял, что брякнул лишнее, и мысленно себя обругал.

— Вы хотите сказать, что Абедалониум действительно причастен к исчезновению Кости Кочергина? – Полина широко распахнула глаза. – То есть не узнал о трагедии, а сам…

— Дорогая, Феликс – полицейский, он обязан рассматривать все возможные варианты, – поспешила успокоить девушку Ада. – Но, насколько я могу судить, эта версия не самая очевидная. Ведь так?

— Уверен, коллеги разберутся, – пробубнил Вербин. – Но в настоящий момент мы не располагаем доказательствами причастности Абедалониума к исчезновению Кости Кочергина. Единственное, что я могу сказать определённо, так это то, что трупы из Куммолово мы не придумали.

— Не придумали, – эхом повторила Полина. – Не придумали…

Разговор можно было заканчивать, однако рассказ натолкнул Феликса на интересную мысль, которая… Которой он хотел поделиться с Полиной, но не при Кожиной. Не хотел, чтобы она знала о расследовании больше, чем может узнать благодаря собственным усилиям. Но как задать вопрос? Попросить телефон? Вербин задумался, и его выдала медлительность, с которой он убирал авторучку и записную книжку.

— Феликс, нет нужды меня обманывать, – негромко произнесла Ада. – Я вижу вас насквозь.

— Неужели?

— Вы сомневаетесь?

Она была очень умна.

Впрочем, Вербин об этом знал.

— Феликс, дорогой, сделаем так: я сейчас отлучусь помыть руки, вы спокойно пообщаетесь, а я дам слово, что не стану расспрашивать Полину, о чём вы говорили. А Полина ничего не скажет мне. Разве что с вашего позволения.

Ответа Кожина не ждала, поднялась и направилась в уборную. Она знала, куда идти, но не отказалась от услуг официанта, вызвавшегося показать дорогу, вознаградив его усердие царственной улыбкой. Феликс вспомнил, как сам бросился открывать перед ней калитку, и покачал головой.

— Вы поверите тому, что сказала Ада Николаевна? – тихо спросила Полина.

Судя по всему, девушке было интересно, о чём её может попросить полицейский.

— У нас с Адой сложные отношения, и у меня не было возможности узнать, держит ли она слово, – подумав, ответил Вербин. – Но готов проверить.

— Насколько я знаю, Ада Николаевна всегда делает то, что обещала. А я ничего ей не расскажу.