Амурские волки - Коллектив авторов Страница 67

— Пусть войдет, – сказал старик и в то же время проворчал себе в бороду: – Какой еще там Звонарев?

В комнату вошел человек средних лет, быстро подошел к старику и пожал ему руку.

— Очень рад вас видеть, – встретил его Алехин. – Вы, кажется, на почте или телеграфе служите? Тогда вам не сюда, вам надо в контору. Вся деловая корреспонденция там.

Звонарев усмехнулся.

— Нет, я уже не служу на почте. Извольте видеть, на мне мундир совсем другого ведомства.

— Ах да-да, вижу, – несколько замялся Алехин. Но тотчас оправился и по виду совершенно спокойно спросил: – Чем могу служить?

— Изволите ли видеть, – начал вкрадчиво Звонарев, – тут мне одну справочку нужно.

— Пожалуйста.

— У вас тут один старичок живет, так мне его повидать бы нужно.

— Его нет сейчас.

— Нет, говорите? Совершенно справедливо. Я это знал. Мне нужно было только, чтобы вы подтвердили. Тут слушок один про него есть.

— Какой слушок? – несколько подавленным голосом спросил Алехин.

— Да говорят, что его видели неподалеку от Гиблой Пади.

— От Гиблой Пади? – не выдержал и переспросил старик.

— Так точно-с. И как раз в то время, когда там напали на транспорт с золотом.

— Это… Это вранье! – горячо возразил Алехин.

Звонарев усмехнулся:

— Вранье-с? Весьма возможно. Однако не будете ли любезны сообщить, куда он отлучился?

— Он… Он поехал в Маньчжурию.

— Так-с, очень вам благодарен. Не сомневаюсь, что так и есть. Раз вы говорите «в Маньчжурию», так, значит, оно и есть.

Алехин молчал. Он был подавлен, так как чувствовал, что сделал ложный шаг. Своею ложью, сорвавшейся у него в момент растерянности, он вязал себя по рукам и ногам. И в мозгу у него бродили невеселые мысли: он может проехать два-три станка по тракту на Гиблую Падь и у него будут в руках доказательства, что Лесной Дед вовсе не в Маньчжурию поехал, а совсем в другую сторону. И готова прикосновенность к делу… А Звонарев иронически посматривал на Алехина и весело говорил:

— В Маньчжурии тоже хорошие дела можно делать. Выгодная сторонка. Ежели с умом, то капиталец хорошенький можно нажить. Я и сам с удовольствием поехал бы в эту самую Маньчжурию, только беда моя – взяться нечем.

— На выгодное дело всегда кредит можно найти, – угрюмо проговорил Алехин.

— Вы думаете? – совсем радостно отозвался Звонарев. – А я, признаться, поймаю вас на слове. У меня имеется в виду выгодное дельце. Очень выгодное!

— Очень рад за вас! – проговорил Алехин, про себя отсылая собеседника ко всем чертям.

— Рады! – даже подскочил на стуле Звонарев. – Вот хорошо! Вы позволите мне изложить кратко сущность моего предприятия?

— Пожалуйста.

— Только уговор: не перебивать у меня дельце.

— Будьте спокойны: у меня своих дел довольно.

— Я вам верю. Так, видите ли, в чем дело. Вы Беспардонную улицу знаете?

— Знаю. Пустыри там.

— Совершенно верно, пустыри. Самые настоящие пустыри! И их дешево можно взять. За пустяки можно взять.

— Это верно. А только на что они нужны? – скептически улыбнулся Алехин.

— На что нужны? Ха-ха-ха! Для выгодной операции. На них цена поднимется.

— С чего же она начнет подниматься на Беспардонной улице?

— Очень просто-с. Вы знаете, эти… «веселые дома» на Чиновничьей улице?

— Знаю, но… не понимаю…

— Сейчас поймете. Вы представьте только себе. Чиновничья улица, такое почтенное название – и вдруг «веселые дома» на ней… Уж одно это нехорошо. А потом Чиновничья улица почти в центре… Такое безобразие и в центре города. Понимаете?