Тихая ночь - Энн Кливз Страница 69

Ей хотелось рассказать о Кэсси: «Моя дочка там, в красном кардигане, может, увидишь ее». Но Уайлдинг уже открыл ей дверцу машины, и они поехали. Хорошо, что никто из соседей не наблюдал.

Чем дальше от Рейвенсвика, тем слабее становилось чувство вины. В конце концов, почему бы и нет? Она имеет право хорошо провести время. Перед выставкой она целыми днями только работала.

Проехав Рейвенсвик, он свернул на юг – не в сторону Леруика с его ресторанами.

— Куда мы едем?

— Увидишь. – Он повернулся к Фрэн. – Прекрасно выглядишь. Правда.

Раньше она отмахнулась бы от комплимента остроумной фразочкой, но сейчас почувствовала, как краснеет.

С дороги на Самборо он свернул на запад по узкой грунтовке, которую Фрэн никогда раньше не видела. После просеки, болотистого участка с ирисами и длинного узкого озера они оказались у каменного дома. Для Шетландских островов – настоящий особняк. Двухэтажный. Земля за ним обрывалась, и казалось, будто дом, словно мост, соединяет озеро и море. Фрэн на секунду занервничала. Куда он ее везет? О чем она думала, садясь в машину к незнакомцу?

— Куда мы едем? – снова спросила она, стараясь говорить ровно. – Я не знала, что тут можно поесть.

— Наберись терпения, – сказал он. – Скоро увидишь.

Может, это новый отель, подумала Фрэн, хотя наверняка услышала бы об открытии. Да и никаких указателей не было. Вблизи она разглядела, что дом пуст и заброшен: облупившаяся краска, сгнившие оконные рамы, дырявая крыша. В окнах висели рваные занавески.

Уайлдинг будто ждал вопросов, хотел, чтобы она спросила о доме. Но она молчала.

Грунтовка закончилась у входа в сад. Ржавые ворота были приоткрыты. За ними буйно разрослась зелень – оазис, чудом уцелевший среди руин. Снова ирисы, заросли рододендронов.

Фрэн подумала, не ошибся ли он дорогой. Она ждала, что Уайлдинг развернется, но он открыл дверь.

— Пошли, – сказал он. – Приехали.

Теперь его восторг был по-детски искренним.

Фрэн последовала за ним. А что еще оставалось? Уайлдинг навалился всем телом на ворота, и они приоткрылись так, чтобы она могла протиснуться. За ними тропинка вела к калитке на вершине утеса и высеченным в скале ступеням. Внизу – крошечный пляж с полумесяцем песка. Дальше лежал плоский, поросший травой остров.

— Ну? – спросил он. – И как тебе?

Фрэн гадала, где они будут обедать. Зачем он привез ее сюда? Может, она неправильно поняла приглашение?

Уайлдинг как будто прочел ее мысли.

— Я захватил все для пикника, – сказал он. – Принесу из машины. Поедим на пляже. Не возражаешь?

— Конечно. Отличная мысль.

— Я нашел это место пару дней назад и хотел, чтобы кто-то еще его увидел. Оно идеальное.

— Тайный сад, – сказала Фрэн, успокоенная его восторгом.

Он ведь не какой-то незнакомец, а известный писатель. Его фото было на сайте рядом с обложками книг.

— Да! – просиял Уайлдинг. – Но ты, наверное, уже знала о нем. Ты же местная.

«О нет, – подумала она. – Я никогда не стану тут своей».

— Я здесь не была. Спасибо, что привез.

Он явно ждал, что Фрэн разделит его восторг, а она говорила как вежливый ребенок, которого угостили нелюбимым лакомством. Просто ланч оказался совсем не таким, как она ожидала. Она представляла шумный ресторан, разговор об искусстве и книгах. А не пикник на пляже.

Еда лежала в холщовой сумке. Уайлдинг принес ее вместе с перекинутым через плечо пледом – это придавало ему вид актера в костюме, усиливая ощущение нереальности происходящего.