Преступная связь - Марина Серова Страница 69

— Видите ли, я не припомню ничего необычного, но в тот день, когда произошла эта ужасная трагедия, Всеволод, как и всегда, был собран и деловит. Он как раз собирался домой, чтобы подготовиться к лекции, – ответил Вразовский.

— Но не было ли в тот день чего-то такого, что могло его беспокоить? – продолжала допытываться я.

Мужчина задумался:

— А вы знаете что… пожалуй что да, было. Всеволод рассказал мне о неловкой ситуации, которая произошла в медицинском колледже – это его основное место работы. Там два преподавателя говорили о смерти Кристины Федоровны в его присутствии. И там же, кстати, находился и Григорий Сергеевич.

— Так в чем же заключалась неловкость, о которой вы говорите? Всеволод Михайлович вам рассказал подробности? – спросила я.

— К сожалению, нет. Я хотел расспросить Всеволода об этой ситуации, но нас прервали. И я так и не смог выяснить, что именно произошло, – ответил Вразовский.

— Понятно.

— Вы сказали, что преподаватели в колледже обсуждали смерть Кристины Федоровны. А кто она такая? – спросила я.

— Так это же супруга Григория Сергеевича Серебрянникова. Я, правда, не знаю всех деталей, но ее смерть была довольно трагичной, – ответил Вразовский.

— А вам известны фамилии этих преподавателей, которые обсуждали смерть Кристины? – задала я еще один вопрос.

Илья Леонидович покачал головой:

— Нет, не знаю. Всеволод, правда, назвал их, но я не запомнил.

— А по какой причине умерла Кристина? Это что, была тяжелая болезнь? – спросила я.

— Нет, она принимала ванну и уронила туда включенный фен, – ответил Вразовский.

— Но как же так? – Я недоуменно посмотрела на него.

Мужчина только развел руками.

— А Кристина тоже была преподавателем? – поинтересовалась я.

— О нет. Она была владелицей клиники пластической хирургии, но ее успешная карьера закончилась вот так трагически, – ответил мужчина.

— Спасибо вам, Илья Леонидович, – сказала я.

Теперь мой путь лежал в частный медицинский колледж. Я была полна решимости поговорить с Григорием Сергеевичем Серебрянниковым, чтобы выяснить, как прошли последние дни Всеволода Пантелеймонова. Ведь в тот день он уходил именно из медколледжа.

Я позвонила по телефону, который мне написала вдова Пантелеймонова, и почти сразу же в трубке услышала густой баритон. Я назвала себя и уточнила, говорю ли я с Григорием Сергеевичем Серебрянниковым.

— Да, – подтвердил мужчина.

Я попросила принять меня, объяснив, какой вопрос меня интересует. Серебрянников тут же согласился.

Я вошла в кабинет и увидела представительного мужчину лет сорока восьми в дорогом костюме. Серебрянников предложил мне стул рядом со своим креслом, на котором он сидел за компьютером.

Я сразу же перешла к делу:

— Григорий Сергеевич, я расследую гибель Всеволода Михайловича Пантелеймонова и считаю, что это убийство, а не несчастный случай. Каково ваше мнение?

— Я согласен с вами, – кивнул мужчина. – Это действительно выглядит как убийство. И я тоже не могу отделаться от этого ощущения.

— Скажите, не происходило ли с Всеволодом Михайловичем чего-то неординарного перед его гибелью? Не жаловался ли он на угрозы или слежку?

Возникла пауза.

— Посмотрите на эти фото. Возможно, вы узнаете кого-то из этих людей, – попросила я и показала ему фотографии Снежкова и незнакомца, который преследовал горничную Скорострельниковых.