Большая махинация - Балдуин Гроллер Страница 7

— Кто сказал вам, госпожа Виолет, что это все мое искусство? Я лишь хотел показать, что он не может быть виновным.

— И вы готовы вот так сразу поверить любым словам человека?! Вы наивны, Дагоберт.

— Нет-нет, послушайте, самому мне было вовсе ни к чему вызывать слугу, я лишь хотел продемонстрировать вам его непричастность к произошедшему. Хотя, полагаю, это было излишне, ведь вы и сами убеждены в его невиновности. Значит, в этом наши мысли схожи.

— Дагоберт, вы явно знаете больше, чем говорите!

— Я расскажу все, если вам интересно, сударыня.

— Мне очень интересно.

— Но не лучше ли мне не распространяться на эту тему?

— Да почему же это должно быть лучше, Дагоберт?

— Я лишь подумал… Я ведь знаю все…

— Тем лучше! Расскажите, что вы выяснили.

— Возможно, я ошибусь в деталях, тогда вы сможете меня поправить…

— Я?! – Виолет широко раскрыла глаза.

— Вы, сударыня. Вполне возможно, я сейчас сильно опозорюсь… У меня нет абсолютной уверенности, я лишь хочу сказать, что такое в принципе возможно… И вы должны учитывать, что я полагался исключительно на свои догадки и пренебрег возможностью допросить вашу прислугу.

— Не надо таких длинных вступлений, Дагоберт. К делу, если можно!

— Хорошо, я раскрою свои карты. Вы помните, сударыня, что в прошлую среду я впервые услышал о пропаже сигар? Через пять минут у меня уже было точное описание внешности похитителя.

— Как вам это удалось?

— Вернее сказать, точное описание внешности курильщика. Думаю, мы остановимся на этом определении и избежим таких одиозных слов, как «вор» или даже «похититель сигар». Ведь сигары, в конце концов, были не украдены, а просто выкурены без ведома хозяина дома. Итак. Это высокий молодой человек, на голову выше меня, с ухоженной черной бородой и великолепными зубами.

— Откуда вы это знаете?

— Все по порядку, сударыня. Кстати, надеюсь, что сегодня смогу блестяще подтвердить правильность своего описания, так как рассчитываю, что этот прекрасный молодой человек вскоре окажет вам честь своим посещением. Я уже подготовил коробку с его любимым сортом сигар.

В этот момент дверь открылась, и вошел слуга с сообщением, что экипаж для господина Тростлера заказан и подъедет точно в назначенное время. Затем он обратился к хозяйке с вопросом, может ли он на сегодня закончить работу и покинуть дом. Разрешение было дано, и слуга удалился с почтительным поклоном.

— Франц, видите ли, большой театрал, – пояснила госпожа Виолет. – Раз в неделю он обязательно ходит в театр, и я обычно отпускаю его по вторникам, когда мой муж все равно не дома и мне проще всего предоставить слугам свободный вечер.

— А-а-а! – задумчиво ответил Дагоберт. – Ну, это вполне в порядке вещей.

— Только не позволяйте этому отвлечь вас, дорогой Дагоберт, от своего рассказа, – продолжила госпожа Виолет. – Вы обязаны мне объяснить, как вам удалось составить описание… э… курильщика.

— В среду, когда вы и ваш супруг удалились, чтобы подготовиться к выходу в театр, у меня нашлось несколько минут, которые я решил уделить этому делу. Оно могло бы оказаться сложным, если бы я не нашел здесь никаких следов.

— А вы нашли?

— Да. В щели курительного столика – волос, а здесь, на камине, – окурок сигары.

— Но они могли лежать здесь уже давно!

— У меня были веские основания полагать, что это действительно свежие улики, которые попали сюда только накануне. Затем я дома тщательно изучил оба предмета, волос даже под микроскопом.