Преступная связь - Марина Серова Страница 72

— Просто я давно его здесь уже не видел.

— А как давно? – не отставала я.

— Возможно, что несколько месяцев. Видите ли, меня самого довольно долго не было в Тарасове, так что…

Бармен замолчал.

— Понятно, – кивнула я, – тогда…

Я еще раз перелистала свой сотовый и показала парню фотографию Елизаветы Скорострельниковой, которую я сделала, когда следила за ней по дороге от художественной галереи до торгового центра.

— Вам известна эта дама? – спросила я.

Бармен внимательно посмотрел на фотографию и ничего не сказал.

«Ну конечно, скажет он, если не будет новой купюры, как же», – подумала я и вынула еще один дензнак.

Его постигла такая же участь, как и его предшественника. Зато бармен открыл рот и сказал:

— Нет, ее я здесь не видел.

— Не видели вместе с этим господином? – уточнила я.

— Нет, вообще не видел. Она здесь не появлялась, – ответил бармен.

— Тогда у меня будет еще один вопрос: скажите, этот мужчина, который на фотографии, он ведь здесь не просто у бара сидел и коктейли пряные пил? Верно?

— Верно, – кивнул парень и тут же добавил: – Но я с ним дружбу не водил, если что.

— Так это и понятно. Друзей нужно тщательно выбирать, чтобы… А он часто у вас выигрывал?

Я решила раскошелиться и рассталась с еще одной купюрой. В конце концов, я же не свои деньги трачу, мы договорились с Валентиной Новостроевской, что в мой гонорар не входят расходы на неотложные нужды, связанные с расследованием. А это был как раз такой случай.

— Поначалу да. Вроде бы у него неплохие выигрыши были, но вот потом…

Бармен красноречиво замолчал.

— Ладно. Вот что: я сейчас загляну в игровой зал, – сказала я, вставая со стула.

— Да, конечно, идите.

В игровом зале ночного клуба царила совершенно другая жизнь. Столы для игры в покер и блэкджек были окружены людьми, которые сосредоточенно следили за картами и фишками. Яркие огни игровых автоматов мигали, привлекая внимание игроков, которые пытались поймать удачу за хвост.

В то же время в зале царил полумрак, он освещался точечными светильниками. Публика была разодета в шикарные одежды – дамы в роскошных вечерних платьях блистали бриллиантовыми украшениями, а мужчины в дорогих костюмах – статусными аксессуарами.

Я между тем наблюдала за посетителями. Я заметила, как один из игроков, мужчина, с напряжением смотрел на свои карты, а вокруг него собралась небольшая группа зрителей. Внезапно мужчина сделал ставку, и все замерли в ожидании. Когда же он открыл свои карты, то на его лице появилось разочарование – он проиграл.

Я продолжала наблюдать, как посетители игорного зала переходят от стола к столу, обсуждая свои стратегии и делясь советами. Некоторые из них излучали уверенность, в то время как другие – наоборот, были подавленными. Я заметила одну женщину, которая, казалось, была на грани истерики. Она сжимала в руке фишки и смотрела прямо перед собой глазами, полными отчаяния. Вокруг нее собралось несколько человек, которые пытались поддержать ее. Но их слова не принесли ей утешения.

В другом углу зала я увидела группу мужчин, которые громко обсуждали свой выигрыш, смеялись и поднимали бокалы. Их радость контрастировала с мрачной атмосферой у проигравших.

Я еще какое-то время постояла в зале, но потом поняла, что своим праздным поведением я привлекаю к себе ненужное внимание, поскольку все находящиеся здесь были заняты своим делом, то есть игрой. Собственно, за этим они сюда и пришли. Все были сосредоточены на игре. Да и за игровыми столами сложилась напряженная атмосфера.