Нож гладиатора - Наталья Николаевна Александрова Страница 72

Ольга ничего не ответила.

Анна присмотрелась к ней и озабоченно проговорила:

— Ты чего такая бледная? На тебе буквально лица нет!

— Да со мной такое бывает… мне бы выпить чашку кофе, а то могу в обморок упасть.

Она смущенно вздохнула и добавила:

— Надо же, внешность непонятным образом изменила, а мои недомогания при мне остались… непонятно это все…

Анна озабоченно огляделась.

— Вон кафе, зайдем.

— Но ты же говорила, что нам нельзя…

— Лучше уж так. Если ты здесь в обморок грохнешься, мы точно привлечем к себе внимание. И что я с тобой буду делать?

Женщины подошли к кафе.

Инезилья вопросительно взглянула на свою новую хозяйку.

— Тебе туда нельзя! – строго проговорила Ольга. – Жди нас здесь!

На всякий случай она добавила резким командным голосом:

— Сидеть!

Инезилья взглянула на нее укоризненно: мол, зачем повторять, я и так прекрасно поняла!

Она устроилась перед входом в кафе, положив голову на лапы и приготовившись к ожиданию.

Женщины вошли в кафе.

Людей внутри почти не было, только за угловым столиком миниатюрная старушка разбиралась с воздушным белоснежным пирожным, названным в честь знаменитой балерины.

По стенам висели гравюры и черно-белые фотографии с видами старого Петербурга.

К женщинам тут же подошла официантка в кружевном переднике и наколке и приветливо проговорила:

— Что вам можно предложить?

Анна странно взглянула на официантку, потерла рукой лоб.

Затем встряхнула головой и проговорила:

— Мне, пожалуйста, капучино. А тебе? – она повернулась к Ольге, которая стала еще бледнее.

— Мне двойной эспрессо… – проговорила та слабым голосом. – И поскорее, если можно…

— Сейчас сделаю…

Официантка ушла за стойку.

Анна проводила ее взглядом, как будто что-то не давало ей покоя, потом снова взглянула на Ольгу.

Та была бледна, как бумага.

— Эй, как ты? Дождешься кофе?

— Дождусь, не беспокойся…

Девушка быстро принесла кофе.

Ольга сделала большой глоток и сразу порозовела.

— Вроде отпустило… надо же, внешность чужая, а болячки мои собственные…

Она сделала еще один глоток кофе и вопросительно посмотрела на Анну:

— А что ты так странно смотрела на эту официантку? Ты ее где-то видела?

— Не ее, – неуверенно ответила Анна. – Понимаешь, люди в униформе – официантки, медсестры… они так похожи друг на друга… замечаешь в основном униформу, а лицо не отпечатывается. Но вот сейчас я взглянула на эту девушку, а потом на тебя… и мне показалось…

— Что тебе показалось? Что ты ее узнала? Ну мало ли…

— Нет. Мне показалось, что я видела тебя. Но видела я тебя в униформе официантки. В таком же кружевном переднике и наколке… но вот когда и где – не могу вспомнить. Говорю же, человек в униформе теряет индивидуальность…

Она неуверенно добавила:

— И еще эта фраза… она сказала «что вам можно предложить», и у меня что-то всплыло в памяти…

Ольга нахмурилась, словно что-то припоминая.

Потом она проговорила:

— Пожалуй, я пойду немного освежусь.

Она встала из-за стола и направилась в туалет.

Но там, прежде чем умыться, внимательно вгляделась в свое отражение в зеркале.

При этом на ее лице сменился целый ряд выражений – от сомнения и неуверенности до удивления.

Вернувшись за стол, Ольга первым делом допила свой кофе, а потом повернулась к Анне:

— Ты права.

— В чем я права?

— Насчет униформы.