Книжный клуб на острове смерти - Виктория Дауд Страница 72

— Спасибо, тетя Шарлотта, мы это уже обсуждали, – вмешалась я. – Они называются «преступления в закрытой комнате» и сюда никоим образом не относятся. Здесь нет никаких тайн и никто не умер.

— Нет, умер, – категорично заявила Джесс.

Все обернулись к ней. Она выглядела даже бледнее, чем прежде, словно горе поразило все ее существо.

— Думаю, она имела в виду конкретно эту комнату, – с улыбкой предположила Бриджет. – А теперь, Мистер Перезвон, давай немного отдохнем. Тебе необходимо еще поспать.

— Как и остальным, – многозначительно посмотрела на меня мама. – Едва рассвело. Если мы хотим сегодня хоть чего-то добиться, нужно несколько часов отдохнуть. Всем нам. – Она выдержала мой взгляд, потом придвинулась ближе и понизила голос. – Помнишь, что Боб рассказывал о полноценном ночном отдыхе? Еще не забыла его правила для сна?

— Ты имеешь в виду те, в которых оговаривается кувыркание в постели с моей матерью?

Она быстро оглядела присутствующих.

— Не понимаю, о чем ты! Я никогда не…

— Все ты понимаешь, так что давай обойдемся без повторений.

— Постойте, неужели никто не собирается ничего предпринимать в связи с кражей? – возмущенно воскликнул Ангел.

— Нет, – решительно заявила мама и направилась к лестнице.

Джесс скрылась в своей – птичьей – комнате. Ангел предпочел маленькую спальню с ветхой кроватью прямо напротив лестницы. По соседству с ним, справа, устроились Бриджет и Бутылконос. Над дверью висела большая коровья голова, но, вместо того чтобы наводить на мысли о клубе джентльменов, она скорее вызывала ассоциации с заброшенной скотобойней. Остекленевшие черные глаза печально взирали на нас, отражая каждое движение.

— Вы все об этом пожалеете! – бросил Ангел и захлопнул дверь. Со стены свалилась подпаленная коровья шкура.

— Ой, – невнятно пробормотал Бутылконос. Я и забыла, что он здесь. – Это оберег от фей, демонов, ведьм и тому подобных. Теперь парень уязвим!

— Можете беречь его сами, – съязвила Мирабель.

— Все эти куклы и остальные предметы, развешанные по дому, выглядят просто зловеще. – Мама повернулась ко мне. – Здесь еще хуже, чем в твоей спальне, Урсула.

— Спасибо за комплимент.

— По крайней мере, ты не навешала заплетенных в косички волос.

— А может, и навешаю, мама. Щелк, щелк. – Я изобразила, как подстригаю ей волосы.

Похоже, она несколько струхнула.

Бутылконос выплюнул что-то в угол.

— Когда умирает глава семьи, принято прибивать к дверной раме большую прядь его волос, чтобы отпугнуть фей. – Капитан рассмеялся и, спотыкаясь, вернулся в комнату, соседствующую со спальней Ангела.

— Жаль, что вы не вспомнили этих сведений о доме прошлой ночью, – вслед ему заметила мама. – Как и того факта, что здесь вообще есть дом. Мы чуть не умерли от переохлаждения, поскольку нам пришлось спать на улице, беззащитными перед стихией.

— Ну я, признаться, не люблю стихи о беззащитных…

— Заткнись, Шарлотта.

Мирабель, как обычно, поддержала маму:

— Да, Пандора совершенно права. Как вы могли оставить нас на растерзание дождю и ветру, если поняли, что это за остров? Наверняка вы знали, что здесь есть дом!

Бутылконос снова закашлялся, и ему вполне могло хватить ума выплюнуть все, что мешалось, прямо в коридор.

— Ага, знал. Но никто в здравом уме не стал бы тут ночевать. В этом доме водятся призраки. И бродит зло. – Он ухмыльнулся с таким видом, будто сам и являлся воплощением зла.