Свидание на краю бесконечности - Ольга Володарская Страница 73

— Когда ты возвращаешься в Москву? — поинтересовался Саня, расплатившись по счету.

— Билет еще не брала, но думаю, что еще на два дня точно задержусь.

— Может, полетим вместе? — И назвал число, на которое запланировал отъезд.

— Белов! — этот возглас донесся из машины. Они уже вышли из «Мавритании» и стояли на тротуаре, к которому подкатил блестящий черный седан. — А я думаю, ты, не ты… Вроде говорил, что улетаешь сегодня!

— Пришлось остаться, — ответил Саня, натянув на лицо вежливую улыбку.

Водительская дверка открылась, и из салона показалась дама. Алиса узнала ее: та самая роскошная брюнетка с безупречным носом, которая обнимала его у ворот бабушкиного дома. Одноклассница, кажется?

— Добрый вечер, Гюзель, — поздоровался с ней Саня.

— Привет, дорогой, — и снова на нем повисла. — Решил поужинать? — Как будто Саня один стоит, без спутницы.

— Уже. В этом заведении подают замечательные бараньи ребрышки. Рекомендую.

— А вы? — Гюзель наконец обратила на Алису внимание.

— Тоже. Ребрышки отпад.

— Нет, я хотела узнать, кто вы, — рассмеялась мадам, и нос ее даже не сморщился. Перестарался хирург с его безупречностью. — Я одноклассница Сани и… его первая любовь.

— А я последняя, — ляпнула Алиса. — И когда он учился в школе, я была в ясельной группе.

Глаза Сани расширились, а рот наоборот: он сжал губы, чтобы не рассмеяться.

— Извините, Гюзель, мы торопимся, — бросила Алиса, взяв его за руку. — Идем выбирать мне сумочку, пока магазины не закрылись. Вы свою где купили? Очень симпатичная.

— В Дубае, — процедила та.

— Странно. Я думала, туда прошлогодние коллекции не возят. Но мне как раз такая нужна, устаревшая. Всего вам доброго!

И двинулась по тротуару в неизвестном направлении, четко чеканя шаг.

— Можешь тормозить, — услышала она голос Сани. — Гюзель укатила.

Алиса остановилась и с облегчением опустилась на бордюр.

— Опять ноги натерла?

— Нет, они просто дрожат от напряжения. — Она подняла на него взгляд. — Так нагло я себя никогда в жизни не вела.

— Не нагло, а уверенно. — Саня уселся рядом, обнял ее за плечи. — «Я думала, в Дубай устаревшие коллекции не возят», — передразнил ее он. — Уела так уела. Гюзель считает себя большой модницей, а, оказывается, носит устаревшую модель.

— Я понятия не имею, какого она года, — хохотнула Алиса. — И какого бренда. Я вообще не разбираюсь в этом.

И уже в голос рассмеялась. Саня ее поддержал. Они хохотали минуту, не меньше, пока Алиса не утерла глаза, из которых покатились слезы, и не спросила:

— Мы где?

— За рестораном. Ты зачем-то обошла его, хотя нам нужно было дорогу перейти.

Снова похихикали.

Давай прогуляемся немного, — предложил Саня. — Погода замечательная, у тебя есть сменная обувь, а у меня еще полтора часа.

— В полночь твой мопед превратится в тыкву? — сверившись с часами на телефоне, спросила Алиса.

— Я не на нем сейчас. А до двенадцати хочу вернуться, чтобы не давать бабушке повода для переживаний. — Он встал, протянул ей руку, чтобы помочь подняться. — Ты любишь хот-доги? — спросил Саня, обняв ее за талию. — Я да, и знаю место, где их отлично готовят.

— Люблю, но не ем.

— Почему?

— Стараюсь питаться правильно, чтобы не полнеть. Хотя в Ташкенте у меня это не получается — все вкусно, ароматно, нажористо. Так что у меня опять появилось пузо.