Игра вслепую - Лэй Цзюнь Страница 73

Глава 18

Она взяла полотенце и вытерла капли воды с моего лица.

— Пожалуйста, оставьте его открытым, – умолял я, когда мисс Уилкинс попыталась закрыть окно. Она вздохнула и остановилась.

— Вы же знаете, Британия – дождливый остров, – заметила мисс Уилкинс, оттащив меня от окна обратно к кровати.

Она надела манжету тонометра на мою левую руку, и та начал надуваться, как и последние десять с лишним дней. Бессмысленный процесс.

— Кстати, – я улыбнулся, – поздравляю, мисс Уилкинс… ой, нет, миссис…

— Томпсон, его фамилия Томпсон, – нетерпеливо произнесла медсестра имя своего жениха. – Ради всего святого, как ты это сделал?

— Наблюдение и «эти маленькие серые клеточки»[36], – я самодовольно указал на свой висок. – Вы ведь не часто пользуетесь духами, верно? Но вчера днем, когда вы пришли попрощаться со мной, от вас исходил элегантный, утонченный аромат, поэтому я предположил, что вечером у вас было важное свидание… Мистер Томпсон сделал вам предложение?

— Да. И это было так старомодно…

— Но это все равно растрогало вас до слез, не так ли? – Я был бесцеремонен. – Это дало мне первую зацепку. По сравнению со вчерашним днем ваш голос немного хриплый, словно вы плакали. Однако сегодня ваше настроение весьма приподнятое, поэтому я уверен, что причина не в том, что с вами случилось что-то печальное.

— Тогда откуда ты знаешь, что я согласилась? – несколько смущенно спросила мисс Уилкинс.

— Это очевидно. Если б ваш ответ был «нет», тогда что же это за твердое украшение у вас на пальце, которое только что так больно поцарапало мне лицо?

— Ладно, великий детектив, – сказала медсестра с досадой и усмешкой. – Это Бет-стрит, а не Бейкер-стрит. В «Мургейт» мы заботимся о стекловидном теле и сетчатке… а что касается твоей болезни, то еще и о генах, а не о мозговых клетках и сером веществе. Пожалуйста, оставь это своему доктору Ватсону, хорошо?

Я уже собирался указать на ее серьезное заблуждение относительно национальной литературы, как в звуках мелкого дождя издалека донеслись восемь ударов Вестминстерских курантов. Это означало, что наступила половина десятого утра.

— Общие показатели в норме, – без энтузиазма констатировала мисс Уилкинс. – Позже доктор Бейнбридж проведет тебе еще одну электроретинограмму; он сейчас встречается с твоими родителями.

— Что? – изумился я. Я не получал известий о том, что отец приедет в Лондон.

Казалось, мисс Уилкинс была довольна тем, что быстро сравняла счет в преподнесении сюрпризов. А вскоре ее предсказание стало реальностью.

Доктор Бейнбридж стоял у кровати и большим и указательным пальцами в медицинских перчатках раздвигал мне веки; его лицо было так близко, что я чувствовал его горячее дыхание. Мама, как обычно, держала меня за руку, а отец отошел в сторону.

— Скажи мне, Бен, – спросил доктор, – ты что-нибудь чувствуешь?

— Нет. – Я инстинктивно хотел покачать головой, но на лбу и у внешних уголков глаз были прикреплены электроды, и малейшее движение тянуло провода, соединенные с ними.