Свидание на краю бесконечности - Ольга Володарская Страница 76

— Я на самом деле не понимаю. — Мага отправил в рот очередной кусок говядины и вновь поймал себя на мысли о том, что шашлык из простой забегаловки был бы не хуже. — Ты встретился со мной, желая наладить родственную связь, так? Или есть другая причина?

— Думал, ты хотя бы загуглил, кто я. Тош Рахимов, глава одноименного концерна в горнодобывающей отрасли. Тош — в переводе «скала», и ты знал бы об этом, если бы выучил родной язык.

— Что ты богатый, я понял сразу. У тебя костюм стоит дороже, чем моя машина.

— Да, я не могу пожаловаться на безденежье. Двадцать лет назад, когда умер твой отец, я тоже был обеспеченным. Поэтому предлагал твоей матери брак.

— Она никогда бы не согласилась стать второй женой!

— Я это понял и принял. Поэтому взял себе другую, юную и невинную, но позже. С ней мы одиннадцать лет вместе. Любим друг друга. И первая моя супруга не в обиде. Но все мы страдаем из-за того, что не имеем детей.

— ЭКО не пробовали?

— Проблема в том, что я бесплоден. И это выяснилось, когда мы обратились к специалистам по искусственному оплодотворению. Я до конца не верил, что проблема во мне. Думал, с женами не везет.

— Можно ребенка усыновить.

— Да, но он будет не моей крови. У отца с матерью были только мы с братом. И получается, что ты, племянник, единственный, кто может наш род продолжить. — Он положил руку парню на плечо. На ней старинный перстень с бирюзой. Позже Мага узнал, что этот простой поделочный камень очень ценился предками, они считали его приносящим удачу. — Хочу предложить тебе, Магомед, переехать в Ташкент и стать полноценной частью семьи Рахимовых.

— Могу я подумать?

— Конечно. Но не долго. Послезавтра я улетаю, так что ответа от тебя жду до завтрашнего вечера.

— Почему сроки настолько ограничены?

— Мое предложение сулит тебе очень многое. Если ты откажешься, я посчитаю тебя дураком. Нам такой наследник не нужен.

Мага дураком не был, поэтому на предложение согласился.

В Ташкенте, которого он совсем не помнил, его сначала поселили в доме дяди: большом, функциональном, разделенном на несколько частей. В нем жили все члены семьи Рахимовых, включая прадеда Магомеда, точный возраст которого никто не знал. С ним пришлось повоевать, чтобы забрать из крохотного кишлака в горах, но старик сдался, когда обезножел. Однако даже лежачим он сохранял бодрость духа и громовой голос. На прислугу орал только он, считая горничных своими нерадивыми правнучками, помощницу по хозяйству приживалкой, а садовника вором. Думал, что тот пробрался на участок, чтобы вынести из дома главную ценность, его серебряный портсигар, и поднимал шум, едва его завидев.

Вскоре старик вместе со своей дочкой и ее мужем (родителями Тоша) переехали в загородные владения, и это Магу расстроило. С предками ему было интересно. И язык благодаря им учился легче. Но летом в Ташкенте пекло, а жара их изношенным организмам противопоказана.

— Не считай меня неблагодарным, но я хочу жить отдельно, — вскоре заявил дяде Магомед.

— А я все ждал, когда ты запросишься на свободу, — коротко рассмеялся тот. Если бы парень знал, что Тош так спокойно отреагирует, запросился бы раньше. — Девочек сюда не привести, а тебе хочется?

— Вообще не в них дело, — почти не обманул Мага. Не только в них, так было бы правильнее ответить! — Я с двадцати лет живу самостоятельно и привык сам себе организовывать быт, добывать пропитание. Не хочу изнежиться, понимаешь?