Гранитная гавань - Питер Николс Страница 77

Тощие голени, теперь покрывшиеся темными волосами, и длинные ступни, которые с каждой неделей становились еще длиннее, торчали из-под одеяла. Она опустилась на колени возле кровати. С другой стороны из-под одеяла торчала лишь копна спутанных кудрявых волос.

— Итан?

Не сразу, но его голова все-же высунулась.

— Господи, опять?

Он сжал одеяло, перекатился на бок.

— Все в порядке, не волнуйся. Я просто… Ты не ел электуарий? Такой в голубой баночке, похожий на джем? На нем написано «Электуарий Боулза». Нигде не могу найти.

— Хмм… ну да.

— Ты его съел?

— Не весь.

— Где он? Я не могу его найти.

— Не знаю, – с раздражением буркнул он. – Ты меня из-за этого разбудила? Мам, ты в последнее время какая-то…

— Обо мне не беспокойся. Ты его доел?

— Нет. Не помню, мам. Господи, дай поспать.

Он придвинулся ближе к стене.

— И как ты себя чувствовал?

Он не ответил, и ей показалось, что он снова уснул. Но он повернулся, выглянул из-под одеяла, нос и рот оставил прикрытыми.

— Как-то… странно.

— Что значит странно?

— Ну так… не знаю…

Он снова натянул одеяло на голову.

Она пошла на кухню, заглянула в мусорное ведро под раковиной. Баночка лежала там, бледно-голубая на фоне белого мусорного пакета, похожая на мазок акварельной краски.

Не совсем пустая. Несколько круглых смазанных пятен, оставленных пальцем, наверху. И на дне где-то с чайную ложку.

Когда Изабель свернула на Маунтин-стрит, Алекс уже стоял и ждал ее, ссутулившись, потягивая кофе. Она знала его распорядок дня: он уже поднялся на Мон-Мегантик и спустился. Он подошел к машине. Она опустила окно и протянула ему пакет с маленькой голубой баночкой внутри.

— Итан его нашел и съел. Там хватит для анализа?

Алекс поднял пакет.

— Думаю, да. Им много и не надо. Ты можешь попробовать съесть еще немного? Или твой триггер – прикоснуться к банке?

— Не знаю. Я сегодня утром много раз ее трогала. Я могу попросить Роджера дать еще.

— Не надо. Пожалуйста.

— Почему?

— Будет лучше, если это останется между нами. Когда ты хочешь попробовать еще раз?

— Я тебе сообщу.

— Я хочу быть рядом. Ты не против? Может, попробуешь при мне?

— Посмотрим.

Разворачиваясь и ведя машину по Маунтин-стрит, она видела в зеркало, как он наблюдает за ней, пока его фигуру не заслонил дом.

У нее было еще одно важное дело. Домой она вернулась уже затемно.

— Итан, ты тут?

— Да.

— Я погуляю с Флинном, а потом приготовлю ужин.

— Хорошо.

— Никуда не уходи, пожалуйста.

— Хорошо! – с раздражением крикнул он.

После прогулки она, как обычно, приняла короткий ледяной душ, натерла кокосовым маслом лицо и ежик, натянула спортивные штаны. Принесла на кухню обогреватель, приготовила себе безалкогольный коктейль – тоник, биттер, ломтик лимона. Успокаивающий эффект плацебо проявился мгновенно. Она накрыла на стол. Зажгла свечи. Положила льняные салфетки вместо бумажных.

— Итан!

Она хотела крикнуть еще раз, но он сам пришел и сел за стол, не отрываясь от мобильника.

— Убери телефон, пожалуйста, – сказала она, ставя тарелки на стол, и села напротив него.

— Итан!

— Хорошо, – пробормотал он, не сводя глаз с экрана.

Когда он положил телефон на стол, его большой палец все еще подергивался.

— Не клади его на стол. Убери.

— Хорошо!

Он сунул телефон в карман, взял стакан молока, отхлебнул глоток и только тогда посмотрел на мать.