Книжный клуб на острове смерти - Виктория Дауд Страница 8

В конце этого списка необходимых вещей жирным шрифтом были написаны терзающие душу слова:

ПРОЯВИ ВОЛЮ К ВЫЖИВАНИЮ!

ПРОСТО ИЗГОНИ СВОИ СТРАХИ!

Кажется, для специалистов по выживанию и любителей активного отдыха лучше аббревиатуры не придумать.

Всему этому тщательно закупленному и упакованному инвентарю было суждено в течение суток после нашего прибытия оказаться на дне моря.

В списке не упоминалось еще несколько вещей, которые я всегда стараюсь брать в поездку с мамой: терпение, вера в себя, умение прощать и съестные припасы из тех, что не продаются в бутылках.

Брошюра изобиловала фотографиями, люди на которых выглядели грязными и подавленными. Не случайно эту литературу предоставляли исключительно после оплаты.

— Не поеду! – непреклонно заявила мама.

Ну я и решила, что неплохо было бы показать ей брошюру – совсем забыла, что в присутствии мамы лучше держать свои идеи при себе.

Особенно если учесть, что брошюра начиналась словами:

КОРИЧНЕВАЯ СМЕНА

ДОСТИГНИ ПРЕДЕЛА…

По-моему, зря они назвали себя «Коричневой сменой», учитывая особое внимание, которое уделялось в списке необходимого туалетным принадлежностям. Впрочем, маме я сказала, что это как-то связано с Шотландией и твердостью духа.

— Я не поеду.

— Мама, ну какие там могут быть трудности? – Я выдавила из себя самую обаятельную улыбку. – Здесь говорится, что это семейный курс выживания.

— О том, как выжить в своей семье? Я сама, черт возьми, могла бы его провести!

— Вот только не надо лукавить, мама. – Впрочем, если честно, она мало с чем не сумела бы справиться. – Здесь говорится, что курс поможет нам многое узнать о человеческой природе и основах выживания.

— Мы уже достаточно об этом узнали. Разве нет?

— В том-то и дело, – вздохнула я. – Там, в Бойне, мы были совершенно растеряны. Поэтому надо подготовиться.

— К чему?

— К необходимости выживания. Надо научиться действовать в самых тяжелых ситуациях. – Я положила ладонь ей на плечо. Мама пронзила ее пристальным взглядом. Пришлось убрать. Она тут же пригладила рукав. – Я уже лишилась одного родителя, а ты потеряла… подругу. Суть в том, что нам нужно стать сильнее. И быть готовыми.

— Мы что, на войне? – покачала головой мама.

— Порой мне именно так и кажется.

Мама не ответила – возможно, задумалась, хотя и не факт. Она в совершенстве научилась делать вид, что размышляет, при этом отвлекаясь на что-то постороннее.

— Урсула. – Мама склонила голову набок и указала на экран ноутбука. – Все это – куча конского дерьма.

— Я уже нас записала.

— Что?

— И оплатила. Придется ехать.

Ее лицо как-то вдруг сдулось, нижняя губа отвисла, будто у старой марионетки. Мама не нашлась, что сказать.

— Я записала всех троих.

— Троих?

— Меня, тебя и тетю Шарлотту. Это ведь семейный курс выживания, а она наша единственная оставшаяся в живых родственница.

— Как же тетя Мирабель? – Мама уставилась на меня широко раскрытыми глазами.

— А что с ней? Она мне не родня, не настоящая тетя. Все, закрыли тему.

Согласна, грубо, однако Мирабель чересчур активно стремилась участвовать в нашей жизни и в некотором роде даже считала себя моей крестной, хотя вряд ли верила в Бога. После того как мы вместе выжили в Бойне, маме взбрело в голову, что мы должны играть в счастливую семью.

— Как ты можешь так говорить о Мирабель, учитывая, через что мы вместе прошли?