Время волка - Дж. Сидни Джонс Страница 83

Хартман покачал головой.

— Ах да, ты же в это время был занят совсем другим делом, – сказал Краль. – Так вот, эти бумаги передал в Берлине фон Траттену сотрудник абвера. Тот человек сейчас тоже мертв. – Краль подождал немного, а потом продолжил: – Фон Траттен погиб, когда мы проводили операцию по захвату того дельца с черного рынка. Если точнее, он покончил с собой. Простое совпадение? Оказался случайно не в то время и не в том месте? Так думали и в криминальной полиции, и в гестапо. Но я просмотрел вот это дело Цезака. Радок лично следил за ним в течение нескольких недель. Он – дотошный полицейский. Фиксировал каждый шаг Цезака, даже когда тот заходил в сортир. В деле содержатся очень полные данные. Но для меня их недостаточно. Изучая дело Цезака сегодня после обеда, я обнаружил там кое-какие пробелы.

Краль замолчал, ожидая вопроса.

И Хартман спросил:

— Что вы подразумеваете под пробелами?

Лейтенант знал, что он должен был обратиться к Кралю с этим вопросом. Он рассчитывал, что сможет таким образом побыстрее выяснить все, что интересовало его.

— Терпение, мой мальчик! Всему свое время. В рапорте указано, что по вероисповеданию Цезак – протестант. По национальности – чех.

— И Радок тоже чех, – заметил Хартман.

— Он родился в Чехословакии, – поправил его Краль. – Родители же его – из Богемии. Как я уже говорил, генерал и этот делец могли оказаться там вместе случайно. Но не исключено, что они заранее договорились о встрече. Скоро мы узнаем, как в действительности обстояло дело. Сейчас же для нас куда более важно то, что наш протестант, торговец с черного рынка, был человеком глубоко верующим. Только за последние две недели он совершил пять зафиксированных визитов в аббатство Клостернёйбург.

Хартман невольно поежился. «Боже, этого не может быть!» – произнес он про себя.

— Тебе холодно, лейтенант? – Краль был доволен произведенным эффектом.

— Майер… – прошептал Хартман. – Он тоже впутан в это дело?

Краль кивнул.

— Теперь ты понимаешь, сколь большое значение придаем мы твоему личному участию в этой операции, лейтенант Хартман?.. Или, может, мне лучше называть тебя Вольфом? Ведь именно под таким именем знают тебя твои друзья из группы Майера. Итак, ты снова – Вольф. Договорились? Еще одно небольшое задание по внедрению или, вернее, по вторичному внедрению.

— А он все еще там? – спросил встревоженно Хартман. – Вы не взяли его?

— Нет-нет, – ответил Краль. – Знаешь, когда мы убрали тебя, Кальтенбруннер решил, что отца Майера лучше оставить там, где он есть. Это в самом начале, в тридцать восьмом, было гонение на священников. Его дело мы передали в гестапо, и они вели за ним наблюдение почти год. Потом на Морцин-платц сменилось руководство, и материалы на него просто где-то завалялись. Да тут еще навалились заботы, связанные с депортацией евреев. Кроме того, падре к тому времени поутих и больше уже не произносил с кафедры ничего такого против нацистов. В гестапо решили, что на него повлиял твой арест. По-моему же, пастор, прекратив публичные выступления, перешел к подпольной деятельности. Я подозреваю, что он организовал группу Сопротивления. Цезак, по-видимому, был вовлечен в нее. И вполне возможно, бумаги, за которыми мы так охотимся, попали каким-то образом к Майеру. Ну, что скажешь по этому поводу?