Глухое правосудие. Книга 2. Доказать невиновность - Анна Орехова Страница 84

Внутри оказалась жемчужная подвеска. Именно такую они искали в салоне, но не нашли и решили ограничиться серьгами.

— Спасибо!

Из отеля вышел папа.

— Ты приехал! — Ника бросилась ему на шею.

Папа обнял ее крепко-крепко. В отличие от Жени он не задумывался о таких мелочах, как прическа и макияж.

— Конечно, приехал. Разве может быть что-то важнее свадьбы дочери?

К ним подошла мама.

— Не смей, — предупредила Ника, заметив слезы в ее глазах. — Иначе я тоже разрыдаюсь, и макияжу хана.

Мама кивнула, подошла ближе, они обнялись втроем. Папа вытащил из кармана пиджака розовый конверт.

— С днем рождения, доченька. Это от нас, на свадебное путешествие.

— Спасибо!

— С днем рождения, мое солнышко. — Мама поцеловала Нику в щеку.

— Макияж, — успела пискнуть Света.

Но в конце концов сегодня Нике предстояло столько раз обниматься и целоваться, что было глупо переживать из-за макияжа. Должна же профессиональная косметика выдерживать такие нагрузки?

— Простите, что прерываю. — Женя взяла Нику за руку. — Но у нас плотный график. Пора надевать свадебное платье!

— Власенко — с вещами на выход!

Сергей взял заготовленный пакет с одеждой и послушно направился к двери. Сокамерники еще не вернулись с прогулки, а потому некому было пожелать ему удачи.

— Ни пуха, — буркнул он сам себе и сам себя послал к черту.

Его вывели в коридор.

— Лицом к стене. Ноги шире. Руки на стену.

Сергей привычно выполнял команды. Один конвоир страховал, второй проверял ладони, рукава, подмышки, карманы, швы. Не забыл про обувь: осмотрел подошву, сжал пятку. Но это было только начало, основной обыск ждал впереди.

После сверки физиономии с фото в личном деле (как будто его место мог занять кто-то другой!) Сергея отвели в небольшую комнату с одной-единственной лавкой. Привычно пахло затхлостью с примесью дезинфектора.

Еще один конвойный ждал внутри:

— Раздеться до белья!

Сергей послушно стянул брюки, футболку, мокасины, носки. Сложил вещи на лавку и встал перед конвойным. Ледяной пол пробирал до мурашек.

— Рот открыть! Язык.

Конвойный осмотрел его уши, шею, волосы, подмышки, ладони:

— Ступни!

Сергей поочередно задрал ноги.

— Присесть. Раз-два. — Самая унизительная часть процедуры.

Но хоть не заставили снимать трусы, и на том спасибо. Он не спорил, не хмурился, не закатывал глаза. Чем меньше сопротивляешься, тем быстрее все закончится.

Конвойный осмотрел одежду и распорядился:

— Одевайся!

Натягивать брюки и рубашку пришлось под контролем, но и к этому Сергей давно привык. Рубашка практически не помялась, несколько складок — не беда. Брюки выглядели прилично, хоть и спадали — ремень заключенным не полагался.

Затем его снова осмотрели. Судя по недовольной физиономии конвоира, ему это не особенно нравилось, но, похоже, он тоже научился не спорить.

— Руки за спину!

Щелчок наручников, толчок в спину, коридор. И наконец — сборная камера: в помещении размером в двадцать — двадцать пять квадратов вдоль стен стояли лавки, на которых сидели семь человек. Некоторые молчали, кто-то тихо переговаривался; большинство просто ждали. Сергей сел в углу и приготовился к самому долгому этапу — изматывающему ожиданию. За пару часов количество заключенных в камере увеличится в два, а то и в три раза. Все это время он будет сидеть на жесткой лавке, бессмысленно пялясь в потолок. Но сегодня Сергей был готов на любые испытания ради заветного: «Освободить из-под стражи!»