Ворон против стаи - Владимир Колычев Страница 86

— Старший лейтенант Воронов? — сурово спросила она.

— Я арестован за измену Родине?.. Извините, сам не знаю, зачем сказал? Может, со страху? — улыбнулся он.

Женщина заняла место Филонова, а ему указала на приставной стол. Макс глянул на Слепова, послушно сел на стул, который едва не назвал вслух скамьей подсудимых.

— Жалоба на вас, товарищ старший лейтенант! — без предисловий сразу в лоб сказала женщина.

— Какая из них?

— Жалоб на вас действительно много. Начнем с вопиющих.

— Бодрит!

Слепов качнул головой, выразительно глядя на Макса — на самом деле ситуация настолько серьезная, что не терпит иронии.

— Можно без комментариев? — цыкнула Татаринова.

— Это вихревые токи на язык. От вашего вихревого поля. От вас все управление можно запитать… Варвара Николаевна, если я не ошибаюсь.

— Для вас товарищ подполковник.

Макс кивнул, он весь внимание.

— Сначала вопрос, почему вы стреляли вчера в гражданина Соленова?

— Потому что он собирался стрелять в товарища майора Филонова.

Макс глянул на Слепова и развалился на стуле. Задержанный подал жалобу, проверка требует объяснений, ситуация неприятная, но ничего из ряда вон выходящего. Можно немного расслабиться.

— Гражданин Соленов утверждает, что к моменту выстрела у него уже не было оружия. Он бросил его на землю по вашему требованию.

— Ну да, Соленов видел, что Филонов находился без сознания, опровергнуть его вранье некому, вот и сочинил… Еще раз говорю: в момент произведенного мной выстрела Соленов нажимал на спусковой крючок, чтобы добить Филонова.

— Подтвердить ваши слова действительно некому, — усмехнулась Татаринова.

— А чему вы радуетесь, товарищ подполковник? — удивленно повел бровью Макс. — Соленов стрелял в офицера милиции, это он ранил его. Осталось только добить. И он собирался это сделать.

Татаринова не ответила. Долго заполняла протокол, ни на кого не обращая внимания, наконец спустилась с небес — к сирым и убогим.

— Следующий вопрос. Товарищ старший лейтенант, почему вы отказали гражданину Соленову в медицинской помощи?

— Не отказывал я, в больницу его повез. Вся машина в его крови.

— Вот я и спрашиваю, почему вы не перевязали Соленова?

— Счет на минуты шел, Филонов мог умереть от болевого шока. Записывайте, на самом деле это очень интересно.

И Татаринова записывала, старательно, не спеша. Записывала, но выводы не делала. Ну стрелял Соленов в офицера милиции, ну мог майор Филонов умереть от болевого шока, что здесь такого? Все равно Соленов белая овечка, на которую напали серые волки.

— Вы, товарищ старший лейтенант, привезли Соленова в больницу, оставили его там истекать кровью. Оставили в наручниках. Наконец вернулись к нему, но в больницу везти отказались. Сказали, что ему нужно сдохнуть, и вы ему в этом поможете. Вы оказывали давление на задержанного, гражданин Воронов, заставили его оговорить гражданина Кумакова.

— Соленова я оставил, потому что первым отнес в приемный покой майора Филонова. Оставил Соленова в наручниках, но это не помешало ему сбежать. Соленов сбежал! Но это, я так понял, не вписывается в вашу теорию виновности товарища старшего лейтенанта Воронова. Соленов сбежал, к тому моменту, как я его нагнал, у меня от усталости отказали ноги. Пока набирался сил, провел беседу с задержанным. Хотя имел полное право пристрелить его. При попытке к бегству.