Ворон против стаи - Владимир Колычев Страница 93

— И это все? — спросил Макс, стоя под лестницей.

Румянов повернулся к нему и скривился, увидев Воронова с пистолетом в руке.

— Что — все?

— А если Гапонов со своими волками? Как отбиваться будешь?

— А я должен от него отбиваться?

— Считаешь, что до этого дело не дойдет, но волчью сущность Гапонова не отрицаешь… Где я сейчас был? — спросил Макс.

— Я откуда знаю!

— А где твоя жена?

— Да все равно… Хочешь сказать, что Лиза с тобой?

Макс внимательно смотрел на Румянова, похоже, удивился он искренне.

— Машина тут неподалеку, хорошо стоит. Но в плохом состоянии. Вся в дырках от пуль. Но Лизу не задело. Повезло. А могло и задеть… Зачем же ты так с женой?

— Я с женой?

— Ну, пытался же однажды убить меня.

— Тебя!.. И не убить!.. А Лизу я бы не тронул!

— Но в караоке-клуб направил. Почему именно в караоке? Петь она любит, или кто-то подсказал?

— Так я тебе и сказал!

— Собирайся, в управление поедем! Расскажешь, как жену свою пытался убить.

— Кумаков сказал. Его жена с моей дружат, подруги у них общие. Компания…

— А то, что Кумаков меня пытался убить, он тебе этого не говорил? Что я киллера взял, не говорил? Что киллера этого потом в больничной камере убили, не говорил?

— А тебя пытались убить?

— То есть это прошло мимо тебя?

— Жаль, что это прошло мимо тебя! Жаль, что тебя не убили!

— Что так?

— Ненавижу!

Ружье лежало на полу, но глаза у Румянова полыхали, будто огнеметы, казалось, еще немного — и от Макса и пепла не останется.

— Но я тебя не трогал! — слегка, но притупил остроту момента Румянов.

— Соленов на тебя указал. Сказал, что ты меня заказал.

— Кто такой Соленов?

— Охранная фирма «Атлас».

— Понятия не имею!

— Человек Кумакова.

— А при чем здесь я?

— При том, что Кумаков решил закрыться тобой. В случае провала Соленов должен был указать на тебя. И указал. Твое счастье, что я не поверил.

— Почему?

— Потому что рыхлый ты! Сам-то меня бить не пошел, телохранителей своих заслал! Помнишь, когда тебя подстрелили?

— Я все помню!

— Кумаков тебя и сегодня подставил. Знал, что я в караоке буду, жену твою туда сосватал. Или не было такого?

— А ты должен был туда прийти? — задумался Румянов.

— И с Лизой встретиться. Встретились. Нас чуть не убили.

— Где Лиза? Я хочу ее видеть!

— Зачем?

— Она должна все подтвердить!

— На суде подтвердит. Вопрос только, кого судить будут, тебя или Кумакова. На Кумакова у меня ничего нет, а на тебя… Кому принадлежит черный «Фольксваген Туарег»? — Макс назвал номер.

— Банку принадлежит. Моему банку.

— Из этой машины в нас стреляли. Лиза может подтвердить. И подтвердит. А зачем ты ей на свободе нужен? Любовница у тебя, вдруг жену ради нее бросишь?

— Я хочу видеть Лизу!

— А я хочу видеть тебя. На скамье подсудимых. Или тебя, или Кумакова. Но лучше всего Гапонова!

— На Гапонова у меня ничего нет!

— А на Кумакова?

— Сначала я должен убедиться, что эта сволочь подставила меня!

— Эта сволочь будет подставлять тебя и дальше. Потому что ты рыхлый. И мягкотелый. А Кумаков человек дела. Сказал — сделал. Или хотя бы попытался сделать… А ты с любовницей спишь, когда жену пытаются убить.

— Я не хотел убить жену… Не мог я Лизу убить!

— Это, конечно, правильно, — усмехнулся Макс.

— И не рыхлый я! — Румянов чуть не пустил слезу от обиды, хотя продолжал смотреть на Макса зло, стиснув зубы.