Пропавший жених Эмилии Вуд - Рута Даниярова Страница 95

— А что насчет узелка с ценными вещами? Серебряные ложки и несколько предметов, прихваченных из ломбарда Пембертона, как я понимаю? — спросил констебль Смит.

— Они были закопаны позднее. Это говорит о том, что преступник может вернуться за награбленным, но сами ценности его, видимо, не очень интересуют, — сказал детектив.

— Ясно, что два убийства, несомненно, связаны между собой, — добавил доктор.

— Стало быть, мерзавец сначала порешил Стоуна, а затем решил еще и тайник сделать в том месте, где его закопал. Выдержки ему не занимать, — вставил констебль.

Дверной молоточек стукнул, и в офис вошел мальчик лет двенадцати.

— Доброе утро, мистер Аргайл, — поздоровался он. — Мой дед, паромщик, велел мне передать письмо для вас.

Тревор дал мальчику мелкую монетку, и тот, с достоинством поклонившись, вышел.

— Это от моего друга из Эрбенны, — Тревор вскрыл конверт и стал читать, а потом попросил меня:

— Коринна, принесите, пожалуйста, письмо антиквара Лионеля Холбрука, которое мы взяли у леди Вуд.

Я принесла листок бумаги. Аргайл заговорил:

— Лионель Холбрук и впрямь один из самых известных антикваров в Эрбенне, и в его магазине можно приобрести редкие и ценные вещи. Но он никак не мог предложить леди Вуд личную встречу и сам приехать в Рэвенхилл. Дело в том, что он калека. Много лет Лионель Холбрук не встает с кресла и нигде не бывает, кроме своей лавки. Это не мешает ему вести обширную переписку с коллекционерами даже из других стран.

— Ничего себе! — крякнул констебль Смит.

— Но самое интересное мой друг пишет дальше. У антиквара Холбрука есть старший брат, неплохой художник, работающий под творческим псевдонимом Леонард Брук.

— Это же наш живописец! — изумился доктор.

— По моей просьбе друг взял образец почерка антиквара Холбрука, — пояснил Аргайл, вынимая из конверта второй листок.

— Позвольте взглянуть, — попросил доктор Вэйн. — Я немного увлекаюсь графологией, новомодным течением

Несколько секунд он сравнивал оба письма, а затем сказал:

— Почерк больного, прикованного к креслу, обычно выдает слабость и неуверенность. А это… — доктор ткнул пальцем в размашистые строчки, — написано человеком сильным, энергичным, если не сказать агрессивным

Я тоже сравнила два письма. Почерк антиквара был слабым, неровным, буквы словно сползали со строки. А почерк в письме, адресованном леди Вуд, был резким, размашистым и уверенным. Было очевидно, что их писали разные люди.

— Он мог попросить написать письмо своего помощника или секретаря… — предположила я.

— Возможно, — кивнул Тревор. — Или старшего брата?

— Надо немедленно арестовать этого типа! — заявил констебль.

— Пока нам следует только внимательно присмотреться к нему, — возразил Аргайл. — У нас нет прямых доказательств его причастности к преступлениям. Хотя Брук достаточно силен, чтобы заколоть человека и закопать тело, и у него мог быть мотив, если Виктор Стоун угрожал их общему семейному бизнесу. А пока мы установим за ним скрытое наблюдение.

— Хочу сообщить, что по Рэвенхиллу пошли слухи о том, что найден второй труп, — сказала я. — Проболтался Стивен, зять Элвина Паркера. Он был вчера в трактире…

— Проклятый Стивен! Скоро об этом узнает весь город, — проворчал констебль Смит, с силой швырнув свою фуражку на стол. — Он своим длинным языком все планы нам спутал!