Дядюшка Эбнер, мастер отгадывания загадок - Мелвилл Дэвиссон Пост Страница 97

Большие голубые глаза на смуглом лице расширились.

— Конечно, я должен был бы потребовать страховку, поскольку имел на это право, – хладнокровно, без тени страха, подтвердил Берд. – Но, Эбнер…

— Вот именно! – перебил мой дядя. – Теперь, мистер Берд, продолжим. У нас был еще один спор. Вы утверждали, что умный человек может перехитрить бога. И вы, сэр, взялись это сделать! Когда ваша команда пьянствовала, пароход остался без присмотра, поселенцы навлекли на себя подозрения, а ваш чемодан был собран для путешествия по суше в Балтимор, вы высматривали в окно, не вспыхнет ли пламя.

Голубые глаза джентльмена – странные глаза на фоне оливковой кожи – стали жесткими и невыразительными, как стекло. Его губы шевельнулись, а рука потянулась к оттопыренному карману атласного жилета.

Суровый, твердый и безжалостный, Эбнер продолжал:

— Но вы потерпели неудачу, Берд! Бог перехитрил вас! Когда я потушил горящий мусор, в каюте стало темно, и в темноте я увидел отблеск света, пробивающийся сквозь замочную скважину вашего письменного стола… Того самого, который открыть можете только вы и который вы так надежно запираете. В пустом ящике стола горели три огарка свечи.

Рука джентльмена продолжала ползти к жилетному карману.

Голос Эбнера зазвенел, как сталь:

— Перехитрить бога! Да ведь вы, Берд, забыли то, что мог сказать вам любой школьник. Вы забыли, что свечи в ящике из-за недостатка воздуха горят медленнее, чем мусор снаружи. Огарки на полу почти сгорели, но те огарки, которые вы заперли в ящике, на всякий случай – чтобы перехитрить бога, если, по случайности, подожженный на полу мусор не устроит пожар – они все еще горели, когда я сорвал крышку.

Ловкая рука джентльмена гибким змеиным движением выхватила «дерринджер»[27] из оттопыренного кармана. Но быстрее этого движения, быстрее взгляда Эбнер оказался рядом, и «дерринджер» упал на пол, не успев выстрелить. Кости тонких пальцев джентльмена хрустнули в железной ладони, и голос дяди Эбнера – громкий, гулкий, как труба – перекрыл шум бури и пьяные крики:

— И вы хотели перехитрить бога! Мистер Эвлин Берд, вам не перехитрить даже меня, ничтожнейшего из его созданий!