Подарок для шейха. Жестокая сказка - Анастасия Сова Страница 31

Аня снова вздыхает, когда добираюсь до кромки белья.

Ее бедра чуть сдвигаются, и это едва не сводит меня с ума. Но я не останавливаюсь. Веду пальцами по ткани, раздвигая под ней аккуратные складочки.

Аня оказывается такой горячей и нежной, что я стискиваю зубы, сдерживая внутреннего зверя из последних сил.

Представляю, как буду входить в нее, как ее тугая, бархатистая плоть примет меня, и кровь ударяет в голову с такой силой, что в глазах темнеет.

Я на грани. Уверен, мне хватило бы пары движений, чтобы кончить, словно неопытному юнцу.

Аня начинает дышать сильнее. Ее трусики становятся влажными под властным движением моих пальцев.

Безошибочно нахожу клитор и надавливаю на него, а потом кружу вокруг пальцем, чтобы чуть позже надавить опять, в тот самый момент, когда она будет близка к финалу.

С приоткрытых губ девочки слетает первый отчетливый стон…

И в этот самый момент за дверью раздается голос моего доверенного слуги:

— Повелитель? — в его тоне тревога. — Простите, но события на востоке… требуют вашего немедленного вмешательства. Мы больше не можем ждать.

Проклятье.

Я резко отдергиваю руку, словно меня ошпарили.

Желание трахаться мгновенно сменяется ледяной яростью.

Я накидываю на Аню покрывало, скрыв ее от своих глаз, и выхожу из покоев своей новой игрушки, не оглядываясь.

Перед самым отъездом прихожу к Вечному Источнику. Старуха сказала, его чистейшая вода обагрится кровью. Но сейчас он бьет из-под земли в самом центре беломраморного павильона, окруженного кипарисами.

Вода, как и всегда, кристально чистая, холодная, живая.

Она падает в круглый бассейн с тихим, умиротворяющим плеском.

Я опускаю руки в воду, чувствуя, как она смывает пыль и грехи ночи, а затем умываю лицо.

Холод проясняет разум, но не может погасить жар, который до сих пор горит внутри. Только лишь стирает с моих пальцев запах ее возбуждения…

А потом мы несемся на восток, поднимая под колесами пыль с дорог.

— Они сожгли наши поля, о, Повелитель! — беспокоятся местные жители.

— Они уводят наших дочерей!

— Спаси нас!

Я смотрю на их испуганные лица и чувствую не сострадание, а ответственность. Они все мои. Их страх — это мой провал. Безопасность этих людей была моей обязанностью.

— Все будет в порядке, — уверяю подданных. — Никто не посмеет тронуть тех, кто находится под моей защитой. Возвращайтесь в свои дома.

Люди расступаются, глядя на меня с надеждой.

А спустя несколько часов ко мне подходит один из моих капитанов. В руке он держит маленький, грязный сверток.

— Это только что принесли, Повелитель.

Я разворачиваю его, узнавая конверт.

Вскрываю, достаю изнутри записку

«Твоя шлюха у нас, Амин. И она умрет до захода солнца».

Из конверта выпадает тонкая, шелковистая прядь волос.

Светлых, как спелая пшеница, что отливают в закатном солнце золотом. И я точно знаю, что эти волосы принадлежат Ане.