Сломанный мир - Анна Мори Страница 10

— Вам-то бояться нечего, ваша семья всегда была лишь на шаг дальше от Трона Дракона, чем императорская.

— Это тот случай, когда шаг больше целой пропасти…

— А жаль – многие были бы рады видеть вас на этом драгоценном стуле, друг мой.

— Бросьте, если бы вы допускали хоть малую возможность, вы бы не разговаривали об этом со мной. Отец убедил меня выбрать военную карьеру как раз затем, чтобы уберечь от грызни вокруг престола.

— Верно, – сказал архивариус и снова засмеялся. – Ну а что вы сами думаете о нашем будущем, генерал?

— Левый министр и мне внушает опасения, – осторожно ответил собеседник. – За себя я не боюсь, но в руках одного человека не должно быть столько власти. Если, конечно, это не Сын Неба.

— О, у нас целых два будущих Сына Неба, – архивариус усмехнулся с отчетливой горечью. – Безумец и злобный безумец – кого предпочитаете?

— За такие шутки вас и впрямь могут лишить пары конечностей, – предостерегающе сказал генерал. – Я вижу, что принц неглуп, и у него доброе сердце.

— Неглуп? – и снова этот мерзкий, издевательский смех. – Может, и так, но он давно заблудился в закоулках собственной души. Ему бы не помешал врач.

— Тем лучше: если Юкинари сядет на трон, он не будет мешать нам делать нашу работу. Пусть и дальше играет в игрушки и рисует драконов.

— Это было бы прекрасно. Но, думается мне, он недолго проживет. А его брат…

— Ох… Тише, мне не хочется повторить судьбу несчастного Кири.

— Было бы забавно столкнуть мальчишку с министром Акахито.

— Боюсь, это устроить не получится: Акахито уже нашел подход к его матери, вскоре он найдет способ втереться в доверие и к сыну. Это несложно, все, что требуется от Акахито, – вести себя с Юкиёси уважительно и потакать его жестоким капризам. Подобное притягивается к подобному.

Министр Исэ-но Акахито и их мать?.. Юки понятия не имел, о чем они говорят.

— В качестве императора он может стать опасен для нас, а с поддержкой Акахито – вдвойне опасен, – тихо и быстро проговорил первый из собеседников.

— Я и говорю: начинайте готовиться к неизбежному. Откладывайте деньги, пакуйте вещи. Не надо так на меня смотреть: я понятия не имею что делать, поэтому остается лишь несмешно шутить… Ну хорошо. Кто-то должен покончить с ними – это вы хотели услышать?

— С ними обоими. И с министром, и с мальчишкой.

— Но кто осмелится?

Пауза. И уже совсем тихо – Юки скорее угадал слова, чем расслышал – архивариус пробормотал:

— Бедная Рюкоку…

Мысль о том, что настоящей – невыдуманной – Стране Дракона тоже требуется помощь, была новой и неожиданной для Юки. До этого момента ему не приходило в голову сравнить прежнюю жизнь в Юйгуе с нынешней во дворце Синдзю. Его прежний и нынешний статус и окружение слишком сильно различались (хотя и тогда, и сейчас он прятался от окружающего мира в фантазиях, словно в скорлупе). Но теперь он запоздало осознал не очень приятную вещь: новая родина была несчастным, бедным, отсталым, жестоким государством. Он старался думать об этом как можно реже, потому что как только начинал, ему причиняло боль буквально все – начиная разлукой с матерью и сестрой (которых он никогда особенно не любил, но невозможность даже увидеться с ними казалась страшно несправедливой) и заканчивая повседневными унизительными ритуалами вроде трехкратных поклонов, выполняемых придворными, у которых была просьба к императору или наследнику престола. Когда он осознал, что среди придворных есть те, кто ему симпатичен, захотелось избавить их от этой обязанности. Юки хотелось подойти к ним, взять за руки, поднять, заговорить как с равными – но он не мог позволить себе ничего из этого, потому что все тот же глупый дворцовый этикет обязывал его молчать, ждать, терпеть…