Блюз серых лисиц - Елена Владимировна Добрынина Страница 102

«Дух смерти, значит», – повторил я мысленно, следя глазами за боссом. Тот вальяжно развалился в кресле и о чем-то премило беседовал с двумя молодыми девицами. Те хихикали и сверкали широкими белозубыми улыбками.

Фейри почувствовал взгляд и повернулся в мою сторону. Я предпочел сделать вид, что просто глазею по сторонам. Благо посмотреть было на что: ма Като и тот парень, что сопровождал меня, вычерчивали на земле узоры золой из небольших мешков. Крепко сбитая пожилая женщина раскладывала неподалеку подносы и миски с ритуальными блюдами. Рядом недовольно квохтала сидящая в клетке курица. Еще один парень проверял звучание трех небольших барабанов, мерно постукивая по ним пальцами.

— Все готово, – вскоре объявила жрица и повернулась к нам: – Для вызова духа Джозефа мне понадобится часть его тела... – с этими словами она протянула руку, и Пинки молча вложил в ее ладонь срезанную прядь волос, – ... и кровь для подношения. Тебя, Гéде, я не смею просить об этом. Зато прошу тебя, Арчи Грейстон. Твоя кровь придется лоа по вкусу. Когда настанет время, поделишься ей с жертвенным костром?

Такого я, признаться, не ожидал, и бросил взгляд сначала на индейского шамана – он казался воплощенной невозмутимостью и отговаривать меня не спешил – потом на фейри, – тот недовольно хмурился, но пока молчал.

— Хорошо, – ответил я жрице и уже тише спросил: – Почему вы считаете, что моя кровь привлечет духов?

— Лоа любопытны, – последовал странный ответ, – и любят загадки. Не бойся, ничего плохого не случится. Хотя ритуалы вуду для непосвященных выглядят пугающе, – заметила ма Като с улыбкой. – Мы позволяем лоа на время завладеть нашим телом. Это как... – она замолчала, подыскивая слова.

— Контролируемая одержимость, – подсказал Пинки, – я бы назвал это так.

— Спасибо, гару, не просто так тебя называют Мудрым. – И жрица указала рукой на парня в расшитой символами рубахе, – Том станет сегодня скакуном для Джозефа – временным сосудом его духа. Он хорошо подготовлен. Итак, пора начинать Церемонию!

Стоило прозвучать этой фразе, и воздух наполнился мерным ритмом барабанов, а темнокожие мужчины и женщины задвигались в диком завораживающем танце, хлопая ладонями в такт. Они то воздевали руки, то раскачивались из стороны в сторону, то притопывали, то трясли головами. И пели... Странно, но до того слаженно, что казались многоголосым существом с единой глоткой.

Ма Като, потрясая погремушкой, завела сольную партию на чудной смеси латыни, французского и английского. Она взывала к кому-то, обращаясь попеременно ко всем сторонам света, и двигалась так плавно, словно телом ее завладел змеиный дух. Она и ее помощница-гару бросали в огонь ритуальные угощения и лили туда напитки. Тогда огонь в костре вспыхивал, и над рекой неслись восклицания:«Аго! Аго!».

В какой-то момент мне показалось, что плящущие языки пламени сложились в портрет хохочущего старика в широкополой шляпе... Резкий порыв холодного ветра – будто кто-то распахнул широкие двери – взметнул целый ворох искр и был встречен восторженными приветствиями.

— Жрице позволили открыть врата в мир духов, – шепотом пояснил Пинки это действо.

Тут же к костру принесли клетку с курицей. Ма Като сама отсекла ей голову большим ножом, и, крепко держа еще трепыхающуюся тушку, оросила костер кровью.