Джейн Эйр – охотница на оборотней - Андрей Белянин,Дарья Менделеева Страница 105

— Я был чист, как светлый ручей! Во мне не было ни малейших признаков грядущей порчи! Я был наивен и невинен, как дитя!

«Как агнец Божий», – подумалось мне, но я промолчала и подавила зевок.

— О, я вижу по вашему отяжелевшему взгляду, что вы не находите во мне этих добродетелей, мисс Эйр?

…По моему отяжелевшему взгляду несложно было догадаться, что я хотела бы закончить разговор, вернуться в свою комнату и лечь в постель, но, поскольку мысли мистера Рочестера были сосредоточены на нем самом, вполне ясно, что он и мне приписывал живой и всепоглощающий интерес к своей персоне.

— Будьте осторожны, кстати! Я прекрасно понимаю язык глаз, я все понял про этот мир, эта жизнь мне абсолютно понятна, и люди для меня – открытая книга! Я читаю вас как книгу, мисс гувернантка!

«Неужели?..»

— Так вот! Я превратился в пошляка, проматывающего свою жизнь и свой капитал в пустых мелочах, заблуждениях и разврате! – патетически заявил он, картинно прикрыв ладонью глаза. – Мои мысли и чувства угасают! Вы удивлены, что я откровенничаю перед вами?

…Признаться, я была не то чтобы удивлена, а скорее ошарашена этим представлением. Наш разговор так затянулся и так далеко зашел, что я уже потеряла его суть.

— Я низко пал! Я пришел в отчаяние! У меня не хватило духа возвыситься над обстоятельствами! О, как мне жаль! Но что было – то было, и теперь того не вернуть, разве вы посмеете упрекать меня?!

— Я не собиралась упрекать вас, сэр…

— Заблуждение и муки совести – вот самая ужасная отрава жизни!

— Но разве раскаяние не является противоядием от угрызений совести?

— О, раскаяние! Раскаяние и исправление! Может быть, у меня достало бы сил для перерождения, если бы… Если бы! Я хочу, я имею право наслаждаться остатком жизни, и я буду им наслаждаться, чего бы мне это ни стоило! Я вкушу удовольствия свежие и чистые, как мед, который собрала пчела на поверхности грязной лужи!

— Но пчелы не собирают мед с луж, сэр, – возразила я, отчаявшись. – Они вовсе не собирают мед. Они собирают пыльцу с цветов, а мед производят силами своих маленьких тел!

— Да откуда вам это знать? Вы слишком много мните о себе, мисс гувернантка! Вы думаете, что можете занимать мое время пустой болтовней о пчелах?! – взвился мистер Рочестер. – Какой у вас серьезный и торжественный вид! Ха! Да вы смыслите не больше, чем голова этого болванчика! – Он схватил с каминной полки статуэтку ангела-путти, скопированную с «Сикстинской Мадонны» Рафаэля Санти, и в ярости бросил ее на пол. Белые черепки брызнули в разные стороны.

— Да что вы вздрогнули?! Не в вас же я бросил этот хлам, в самом деле! Вы не имеете никакого права читать мне нравоучений, девушка! Не забывайте, что я старше вас больше чем вдвое!

— Сэр, я не намерена учить вас чему бы то ни было.

— Да кто говорит об учении теперь? Я не заблуждаюсь. Я вдохновлен! Я вижу ангела! Разве этот прекрасный гость не найдет дорогу к моему сердцу?

— Ангел разбит вдребезги, мистер Рочестер, – напомнила я.

— Нет, все же вы порядочная тупица! Как вас не погнали палками из вашей школы? Или, может, вы были там не воспитанницей, а прислужкой на кухне?

— Я не понимаю вас, сэр. И искренне надеюсь, что вы оскорбили меня в последний раз.

— Да разве я оскорбил вас? Это вы оскорбили меня, мисс Эйр. О да, я оскорблен! Ангел является для меня прекрасным вестником мира. Хотя какое вам до того дело, бессердечная девушка! Сюда, сюда, неведомый странник! – возопил он.