Ветер и Правда. Том 1 - Брендон Сандерсон Страница 109

— Благодаря вам, – продолжил Янагон, – у нас есть шанс. Враги могут возрождаться снова и снова, но после назначенного состязания мир все же возможен.

— Я подвел вас в краткосрочной перспективе, – ответил Далинар. – На вашу родину надвигается армия.

— Она приближалась и три дня назад, – возразил Янагон, – и на протяжении уже многих недель. Изменение состоит лишь в том, что вашими стараниями теперь виден конец войне. Да, договор мог быть составлен чуть лучше, но, думаю, каждый азирец в этой комнате согласится, что даже в важных документах всегда что-нибудь да упустишь.

— Ох, вот уж правда, шквал побери! – со смехом подтвердил Сигзил.

— Вы правы, Янагон, – ворчливо признала Фэн. – Далинар, я погорячилась. Мы действительно предоставили принимать решение тебе, и ты сделал что мог. Мне бы не следовало брюзжать о том, что могло бы быть, но моя родина едва оправилась после прошлого нападения.

— Фэн, нам всего лишь нужно продержаться, – сказал Янагон. – Восемь дней. Потом наступит мир.

Шквал! После этих слов настроение в зале снова переменилось. Или же Адолин изначально неверно его считал. Люди закивали. Фэн села чуть прямее. А Далинар… Далинар посмотрел Янагону в глаза и склонил голову в знак уважения и признательности.

Когда молодой император выучился говорить так зрело? Или, возможно, это Адолину стоило задуматься, почему он не выучился тому же.

— Хорошо, – проговорил Далинар. – Давайте обсудим наши позиции. Старгайл, сделаешь со мной карту?

— Да, сэр, – откликнулся светоплет. – С учетом практики последних недель, думаю, справлюсь.

— Отлично, – сказал Далинар. – Начнем с Эмула и…

— Да чтоб мне в аду гореть! – произнес чей-то голос из угла.

Адолин нахмурился, пытаясь уловить смысл этих слов и то, какое отношение они имеют к происходящему. Участники совещания расступились, и позади них показался сидевший в углу Шут; в руках он держал все ту же бумагу и что-то похожее на кость.

— Быть такого не может! – сказал он громче.

Адолин взглянул на Ясну. Она покачала головой, понимая не больше, чем он.

— Я идиот, – сообщил Шут.

— Шут? – окликнул Далинар. – Ты…

— Я совершеннейший дурак! – вскочил он на ноги. – Самый восхитительный, самый выдающийся образчик идиотизма в этой части Космера. Настолько великий, что меня следует увековечить в песне. Которую будут распевать пьяницы перед тем, как проблеваться, смешав зловонное содержимое своих пропитанных отравой желудков с моим именем.

— Шут, – припечатал Далинар, – объяснись!

Ответная насмешка казалась неизбежной. Адолин приготовился к худшему, но, когда Шут заговорил, голос его звучал серьезно.

— В соглашении действительно есть дыры, – сообщил он. – Простите. Я всех подвел. Мне полагалось проследить за процессом заключения этого договора. Я бы мог с точностью предвидеть, куда обрушатся удары, если бы был прозорливей.

Он произнес это серьезно. Тихо. Отчего Шут мог сделаться таким… нормальным?

— Как бы ты предугадал, что нападут на Тайлен? – спросила Фэн.

— Так ведь это есть в соглашении, – ответил Шут. – Торчит не короче моего носа. Как вам всем известно, Далинар был вынужден немного отступить от сценария создания договора три дня назад.

— Вражда настаивал, что не может принять условия сделки в представленном виде, – пояснил Далинар собравшимся, – поскольку больше не в состоянии удерживать Сплавленных в заточении.