Рассвет проклятой Королевы - Эмбер Николь Страница 109

Заключенный, сидевший с другой стороны костра, тоже подал голос:

— Кровавый Насмешник – это тот, кто может убить тебя одним взглядом. Я видел это однажды, когда она отправила его в мятежную деревню в Напиле. Он оторвал голову парню, даже не двинув пальцем. У него даже глаза из крови.

Иг'Моррутен. Исайя. Он мог контролировать кровь. Я опустил взгляд, согнув руку в локте. Это объясняло, почему я не истек кровью на останках Раширима.

Заключенный отхлебнул супа, прежде чем указать ложкой на остальных.

— Не стоит выделять одного. Неважно, придет за нами он или кто-то другой. Теперь у нее их пятеро.

Послышался шепот, но он продолжил.

— Осталось два короля Йеджедина – вместе с ее братьями и теми, кого он создал.

Следующей заговорила фигура в капюшоне:

— Их не пятеро.

Другой заключенный рассмеялся.

— Похоже, счет – не твоя сильная сторона, мой друг.

Он выпрямил спину, и я понял, что этот человек намного выше, чем я думал.

— Их шестеро.

Все снова зашептались, привлекая внимание заключенных, сидевших у других костров. Орим шикнул, кивнув в сторону стражников.

— Шесть? – переспросил гном. – Не может быть. Даже один Иг'Моррутен – это катастрофа. Если у нее их шестеро, то это начало новой эпохи. Это конец.

— Все так, – произнесла фигура в капюшоне, снова сгорбившись.

Я сглотнул растущий ком в горле. Они посмотрели на меня в поисках успокоения, но я не хотел, не мог дать им надежду. Я не мог рассказать им о Дианне.

— Меня больше беспокоит возвращение генерала. Он убил Губителя Мира, и теперь его свет рассеялся в небе, – сказал гном.

— Вместе с открытием миров вернулось нечто древнее. Первородное. Пожары на Востоке – это не дело рук мятежников, – сказала фигура в капюшоне.

— На Востоке? – спросил я.

— Да, все солдаты Нисмеры были убиты. Они думали, что это были вы, ребята, но я слышал, что останки были разбросаны по земле, составляя послание, которое ее сильно разозлило, – сказал Орим. – К тому времени вы уже давно были схвачены.

Я кивнул, понимая, что он пытается сохранить мою тайну, приукрашивая реальность. Пожары на Востоке с последующим посланием – явно почерк Дианны, но когда она успела это сделать? Мы все время были вместе. Если только это не случилось тогда, когда я был еще без сознания. Нет, она бы мне сказала. Я стучал ложкой по краю миски, вспоминая ее выражение лица, когда я упоминал определенные вещи. Она совсем не умела лгать, но я наивно полагал, что она умалчивает о своих чувствах, а не о чем-то куда более серьезном.

Молодой заключенный рассмеялся и обратился к фигуре в капюшоне:

— Ты просто наслушался басен и мифов. Ни один Иг'Моррутен не пойдет против Нисмеры. Это полное безумие. Ее оружие способно уничтожить миры.

— Думаешь, я лгу? Я чувствую это всем своим существом. Все мы чувствуем, – презрительно усмехнулась фигура в капюшоне, прежде чем встать и неторопливо уйти в палатку на другой стороне лагеря.

Несколько мгновений все молчали, а затем разговор переключился с Нисмеры и ее легиона на обсуждение еды и то, будут ли в тюрьме кормить лучше. Но мой взгляд застыл на палатке, в которую вошел незнакомец в капюшоне.

Орим толкнул меня в плечо, и я повернулся к нему. Он наклонил голову в сторону палатки и тихо сказал:

— Говорят, он первый заключенный, которого она привезла из Иного мира. Он может превращаться в зверя с тремя хвостами. Я больше ничего не знаю, кроме того, что он убил и съел своего будущего сокамерника.