Джейн Эйр – охотница на оборотней - Андрей Белянин,Дарья Менделеева Страница 111

— Она чертовски расторопна и дело свое понимает лучше всех, – заметила посудомойка.

— Должность-то, сказать честно, демонская, ужасная должность, – кивая, ответила горничная. – Нет! Ни за какие деньги не решилась бы я занять ее место!

— И то правда! Удивительно, как это хозяин… – Тут горничная, заметив меня, остановила свою подругу быстрым жестом руки.

— А разве она не знает? – удивленно шепнула посудомойка через несколько секунд.

Горничная помотала головой, и разговор прекратился. И я окончательно уверилась, что есть в Торнфилде какая-то тайна, которую от меня старательно скрывают.

Меж тем наступил вечер четверга. Все приготовления были закончены еще накануне. Я сидела за работой в учебной комнате возле открытого окна, когда приехали гости – процессия из трех всадников, одной всадницы и двух колясок. Взволнованная мистрис Фэйрфакс, указав на всадницу, сказала, что это и есть та самая мисс Ингрэм, и побежала вниз.

Весь вечер мы с Аделью провели в учебном классе. Девочка рвалась к гостям, но я всеми силами удерживала ее: мешаться дурно и недостойно.

Когда пробило одиннадцать, голова Адели покоилась на моем плече, глаза потускнели и закрылись. Я взяла ее на руки и отнесла в постель. За окном светила полная луна. Я накрыла девочку одеялом, расправив на подушке ее черные волосы и вынув из них несколько маленьких черных перьев. Мне подумалось, что завтра же нужно рассказать девочке, что нельзя вставлять оброненные птицами перья в волосы, ведь птицы могут быть больными и она может заразиться.

Кажется, часть меня, запрятанная глубоко и отринутая мной, понимала, что происходит на самом деле. Но я не слышала ее или даже сознательно не хотела слышать. Гости продолжали веселиться и разошлись по комнатам во втором часу. Карканье вороны, вновь забившейся в вентиляцию, донеслось до меня лишь дважды за эту короткую ночь.

На следующий день мистрис Фэйрфакс сообщила, что вечером нам с Аделью непременно придется выйти к гостям. Только этого не хватало. Я честно предприняла попытку избавить себя от этой пытки, упрашивая домоправительницу поговорить с мистером Рочестером, объяснив ему, что меня будет тяготить эта обязанность. Но оказалось, что мистер Рочестер предвидел мое нежелание, поэтому настоятельно подчеркнул, что я обязана явиться.

Итак, вечером мне вновь пришлось надеть лучшее платье и подготовиться к тяжелой повинности. Мы с Аделью сидели в гостиной. Я выбрала место поближе к окну и читала книгу. Моя воспитанница, наряженная как кукла, сидела подле меня и заметно нервничала, с нетерпением ожидая высокого общества.

Но ждать ей оставалось недолго: вскоре восемь дам вошли в гостиную, затмив убранство комнаты своими величием и красотой. Все они были в белых платьях, изящно расположившись на софах и оттоманках, так что мне удалось подробно рассмотреть каждую, особенно ту самую мисс Бланш Ингрэм – носительницу звания одной из самых блистательных женщин своего времени.

Разумеется, те, кто называли так мисс Бланш, не могли видеть всех женщин мира и даже всех женщин Британии. Мне подумалось, что в Лондоне уж точно найдется хотя бы одна, красавица с более выдающейся внешностью, чем у мисс Бланш, а скорее даже две-три. Но все же глупо было отрицать ее невероятную утонченность и красоту…