Бог сломленных - Кэмерон Джонстон Страница 113

Червь магии поднял уродливую голову и завопил: «Да!» Именно этого он всегда от меня хотел, но я полностью контролировал магию. Я не поддался, а подчинил ее собственной воле, чтобы раскрыть истинный потенциал тирана. Именно для этого я был рожден, не для того, чтобы стать жертвой замыслов моей бабки, и не для того, чтобы меня использовал и выбросил как мусор былой наставник Визант.

О нет, мое предназначение – вести армии и спасать мир людей.

Все равно что быть богом.

На окраине мне встретился отряд воинов с ритуальными шрамами и татуировками из дуна Клахэна и еще несколько горцев из прочих мест, они явились, услышав о падении дуна Байлиола. Они рвались в бой, особенно учитывая, что он будет происходить не на пороге их собственного дома. Они смешались с толпой, дивясь и насмехаясь над малодушными воинами Кил-Нота за то, что те приняли мерзляка из Сетариса в качестве военачальника.

— Я наполовину горец, – выкрикнул я в ответ. – И злобный говнюк на обе половины. Следуйте за мной, если хотите срубить пару голов, или оставайтесь и скулите, как беззубые старики и младенцы, прячущиеся в крепости.

Бравада, похоже, пришлась им по вкусу. Я легонько поощрял это, мыслишку туда, побуждение сюда…

Если верить их сведениям, до прихода Союза вольных городов оставалось еще три дня. Сумеем задержать скаллгримцев до этого времени – у нас будет шанс выжить и возможность решить, что делать со старшим магом Абракс-Масудом, раваком и кровавыми колдунами-хальрунами. Воинов-людей и демонов я оставлю на усмотрение Эвы с ее превосходными знаниями и навыками.

Нагрузив телеги и всех пони провизией и припасами, мы двинулись на север, к лагерю сетарийцев. Я много узнал о том, каким должен быть предводитель, просто наблюдая за Эвой, но не мог постоянно полагаться на ее боевое искусство, чтобы спасать собственную задницу, поэтому учился быть воином с помощью чужих мыслей. Приемы владения мечом, использование щитов в качестве смертоносного оружия, крушащего лица и глотки, тактика малых групп, засады, использование местности… кое-что из этого было для меня бесполезно – то, что постигается скорее повторением на практике, нежели головой. Остальное же теперь надежно закрепилось в сознании, заимствованные воспоминания смешались с моими, их было больше, чем я пытался усвоить когда-либо раньше. Голова разболелась, и мне пришлось остановиться. Кажется, существует предел тому, что мозг может усвоить за один раз.

К тому времени как мы добрались до лагеря, голова уже раскалывалась от новых знаний, но теперь я чувствовал себя почти компетентным. Я осмотрел имеющиеся в моем распоряжении силы – не меньше тысячи вдобавок к оставшимся в лагере сетарийцам. Соотношение было не менее пяти к одному не в нашу пользу, но маги стоят гораздо больше, чем необученные толком хальруны. Меня встретили Секка и Винсент в окружении своих котерий. А когда они поняли, что я привел орду горцев, котерии сомкнулись еще теснее, подняв щиты.

— Эва уже вернулась? – спросил я, шагая мимо них к лагерю.

— Еще нет, – ответила Секка. Казалось, она не ожидала меня увидеть. Она приказала стражам расступиться, и они повиновались с явной неохотой. – Мы думали, ты сбежал.

— Никому из нас так не повезет, – рассеянно ответил я – боль в черепе то вспыхивала, то утихала.