По праву крови - Кирилл Малышев Страница 115

Руки в кожаных перчатках слегка дрожали.

Пережитый разговор был одним из самых значимых в его жизни. Напряжение давало о себе знать: голова кружилась, а ещё минуту назад бесстрастное лицо пылало, залитое густым румянцем.

Но дело было сделано. Одно из самых важных – с самого его рождения. Наконец, тот план, который он вынашивал долгие годы, начал осуществляться.

Подняв лицо к небу, князь замер, закрыв глаза. Его точёные ноздри едва заметно подрагивали от рваного дыхания. Редкие снежинки, напоминание о сильном снегопаде минувшей ночи, медленно падали сверху, тая на разгорячённой коже мужчины.

Роговолд поднял руку и длинными, тонкими пальцами провёл по щекам, размазывая капли.

"Теперь дороги назад нет."

Эта мысль, пронёсшаяся словно порыв холодного ветра, помогла ему взять себя в руки.

До ушей князя донёсся хруст снега – кто-то приближался твёрдым, мерным шагом.

— Хозяин, всё ли так, как ты рассчитывал? – раздался рядом холодный, металлический голос.

Роговолд открыл глаза.

— Да, Роман. Всё так, как и должно было быть. Вы нашли мальчишку?

— Нет, князь, – покачал головой воевода. – Мы предполагаем, что Ярополк украл лошадь и скрылся в Степи. Ночью была снежная буря. К утру, когда мы начали поиски, следов уже не осталось.

— Кто-нибудь видел его?

— Нет. С заходом солнца улицы Ханатара темны и пустынны, особенно в метель. Все, кто мог его заметить, либо спали, либо были пьяны. Вчера был последний день праздника Половинного Цикла.

— И дозор на въезде? – северянин слегка приподнял бровь.

— Да, – коротко кивнул Роман.

Роговолд вздохнул и покачал головой.

— Пусть все – в обоих княжествах – знают: тому, кто приведёт Ярополка ко мне, я дам серебра столько, сколько весит мальчик. Обязательно повтори: сколько весит. Чтобы никто не подумал калечить его или морить голодом, если поймают.

— Хорошо, князь.

— И Мишке сообщи. Пусть его шайки обыщут приграничье.

— Будет сделано! Отправлю к нему в Ротинец вестников.

Роговолд замолчал, затем отвернулся.

— Ты узнал, где тело Олега? Угулдай сказал, что оно на берегу озера.

Воевода опустил глаза.

— Тут такое дело…

Не оборачиваясь, князь нахмурился.

— Что случилось?

Роман медлил, но, прождав минуту, наконец, выдавил:

— Тело… Оно в плохом состоянии. Всё, что достали из подпола, завернули в плащ, но смотреть там не на что.

— Гордец, – сухо отозвался князь. – А мог вернуться в лагерь и погибнуть от меча, как подобает воину.

Он резко обернулся, изучая бледное, худое лицо своего воеводы.

— Ладно. Веди.

Роман, повинуясь, направился к восточной части города. Роговолд последовал за ним, отстав на несколько шагов.

Чёрные плащи оставляли на покрытой снегом земле широкий след. Двигаясь быстро и не оглядываясь, спутники пересекали одну за другой узкие, убогие улицы степного города.

Спустя полчаса они вышли на пустынный, лишённый всякой растительности каменистый берег, плавно спускающийся к мрачной глади Кура-Куля.

Роговолд скользнул взглядом по неподвижной, гладкой, словно зеркало, поверхности воды. Несмотря на чистоту – вблизи озеро оказалось кристально прозрачным – в нём не было ни рыбы, ни водорослей. Оно было совершенно безжизненным.

Приглядевшись, князь невольно поёжился. Весь берег был усыпан белоснежными костями. Тёмные глазницы черепов, среди которых встречались и совсем крошечные, детские, пристально смотрели на него сквозь слой мёртвой воды, зловеще выделяясь на фоне чёрного, как уголь, дна.