История дворца Куньнин. Книга 2 - Ши Цзин Страница 12

В ярости ступая по плотно уложенным каменным плитам дворцовой дорожки, барышня направлялась в Янчжи, с трудом сдерживаясь, чтобы не скрипнуть зубами. Что бы она ни говорила себе, ее мучило чувство несправедливости. Она и сама хотела держаться подальше от младшего наставника, да и к музыке любви не испытывала, но одно дело – собственное нежелание учиться, и совсем другое – когда отстраняют от занятий. Чем усерднее она пыталась подавить возмущение, тем ярче оно полыхало.

Вернувшись к себе, Цзян Сюэнин огляделась: слева ветка криво поставлена в цветочную вазу, справа знаменитая картина, которую только что повесили над письменным столом, кажется безобразной. Очень хотелось разбить что-нибудь, чтобы выпустить пар, но вещи в комнате были расставлены по приказу заботливой Шэнь Чжии. Рука не поднималась нарушить порядок. В конце концов девушка схватила коробку с гладкими камешками для вэйци и принялась метать их в стену один за другим, с каждым разом сильнее, пока стена не загудела от частых ударов.

— Этот Се мнит себя лучше всех, а сам такой же, как остальные надменные книжники.

Она ушла с урока не из-за лени или глупости, на то у нее были свои причины. По совести говоря, Цзян Сюэнин считала себя весьма терпеливой: когда толкователь «Ши цзина» Чжао Яньхун откровенно предпочитал одних учениц другим, а учитель каллиграфии Ван Цзю с пренебрежением отнесся к ее желанию писать полукурсивом, она не бросила учебу, стараясь не обращать внимания на досадные мелочи. Но с Чжан Чжуном все было иначе. Девушка попросту не могла слушать его вздорные, тошнотворные речи, доносившиеся с возвышения.

Раньше Цзян Сюэнин думала, что Се Вэй не такой, как все. Правда, в прошлой жизни он совершил ужасные вещи: восстал против императора и устроил резню, но это как раз и доказывало, что младший наставник не слепой приверженец правил и мог бы понять, почему ей невыносимо слушать Чжан Чжуна. Однако, едва он узнал, что вторая барышня ушла с урока, сразу же обвинил ее в неисправимом упрямстве, не спросив причины. Чем же такой властный и самоуверенный тип отличается от прочих ненавистных учителей? Хотя прошлая жизнь Цзян Сюэнин оборвалась из-за мятежа Се Вэя, девушка никогда не считала своего противника низким или заурядным. Напротив, в глубине души она уважала его силу и одаренность. Сегодня же выдающийся образ померк, потому что, услышав о нежелании барышни учиться, младший наставник превратно истолковал ее слова и сделал опрометчивый вывод. В ее глазах он упал с пьедестала до уровня вульгарных простецов, став похожим на старых чопорных моралистов. Звания полубожества он больше никак не заслуживал.

Стук! Очередной камешек отскочил от стены и покатился по полу. Цзян Сюэнин с холодным лицом даже не посмотрела в ту сторону. Она впилась глазами в стену, словно перед ней стоял человек, чью грудь ей хотелось пронзить своим взглядом, колючим и жестким.

Когда ученицы вернулись после занятий, обе коробки уже опустели: черные и белые камешки были рассыпаны по полу. Неожиданно в дверь второй барышни Цзян тихо постучали. Схватив книгу, она устроилась в кресле и спросила:

— Кто там?

— Нин-нин, это я, – послышался голос Шэнь Чжии.

Цзян Сюэнин вздрогнула, поспешно отложила книгу, подошла к двери и открыла. Принцесса явилась без свиты и глядела на любимицу с явной тревогой.