Змея. Часть 1 - Лана Ланитова Страница 121

— А разве она не твоя близкая подруга?

— Всё так… Но, пойми, женская дружба – вещь очень относительная. А уж мать-то её, меня и вовсе ненавидит.

— Да, ты уже говорила.

— Я совсем не знаю, как нам с тобою быть. Даже этой ночью я вся была в страхе.

— Чего же ты боялась?

— Я боялась не только Анны Генриховны, но и твоей жены.

— А она-то тут причём?

— Миша, ты говоришь какие-то нелепости. Как это не причём? Ты – женатый человек. Я всё время боялась, что она может приехать прямо ночью… Тогда не миновать грандиозного скандала. Она непременно бы всё сообщила Казимиру. А он меня сразу же убьёт. Причем, это далеко не фигура речи.

— Никого и ничего не бойся, пока ты со мной. Слышишь? Я никому не дам тебя в обиду. Мы всё с тобою решим.

— Как же, Миша, мы всё это сможем решить?

— Я пока не знаю. Я буду думать, относительно всего. Мне нужно время, чтобы обо всём серьезно подумать. Мы будем теперь вместе. Навсегда. Слышишь?

— Какой же ты фантазёр, Мишенька… – с грустной улыбкой отозвалась она.

— Погоди, не грусти. Я просто пока не могу сосредоточиться и принять чёткое решение. Но я его приму, поверь. Варенька, просто от твоей близости и того счастья, которое обрушилось на меня, я сегодня туго соображаю. Пойдём скорее ко мне. Я безумно хочу тебя…

— Миша… – она посмотрела на него с укоризной, а после лукаво улыбнулась.

— Скажи, Варенька, а как тебе со мною было? Скажи, милая, я нравлюсь тебе, как мужчина, – он замер от волнения.

Она покраснела и опустила глаза, а после её яркий взгляд вспыхнул, озарив ему душу:

— Миша, мне было с тобою очень хорошо, – последовал тихий ответ. – Мне никогда и ни с кем не было так хорошо, как с тобою, – произнесла она уже твёрже.

— Я знал это, я чувствовал. Знал с самой первой минуты, как только впервые увидел тебя. Я всегда знал, что ты – моя вторая половинка.

— Миша, мне кажется, что мы с тобою даже похожи, – рассмеялась она. – Разве так бывает?

— Бывает, но раз на миллион. Слышишь меня? Ты меня слышишь, девочка моя родная, ведьмочка черноглазая.

Он прижимал к своей груди её маленькую голову и гладил её нежно по волосам, поминутно целуя её глаза и губы.

— Пойдем ко мне прямо сейчас, – твердил он. – А насчет Татьяны Николаевны ты не бойся. Она не посмеет приехать сюда без моей команды. Благодаря твоему брату, она сейчас ведёт себя намного более смирно, чем раньше. И потом я написал ей сегодня письмо, в котором известил её, что сильно занят. Занят ремонтом и прочими делами.

— Вот, кстати, из-за меня ты и ремонтом своим вовсе не занимаешься.

— Варя, какой мне ремонт, когда у меня земля уходит под ногами, и в голове всё время скрипка поёт.

— Мишенька, что мы с тобою наделали? Что?

— Не знаю я, милая. Знаю лишь одно, что мне без тебя теперь нет жизни.

— Ну, хорошо, Миша… Я тут немного думала с утра. Давай, сделаем так. Я всем скажу сегодня, что завтра мне надо на несколько дней съездить в Петербург. Может, к модистке, а может, ещё по каким делам. Они не знают всех наших с Казимиром дел. Я постараюсь напустить небольшого туману. Я сяду на извозчика и поеду на станцию. Борисовы вряд ли станут меня провожать. А там, на станции, я найду другого извозчика и окольными дорогами приеду к тебе. И тогда останусь у тебя на несколько дней.

— Варенька, да как же ты всё здорово придумала, – он стал целовать её тонкие пальцы. – Господи, ты невероятная умница.