Жертва Весны - Надя Хедвиг Страница 139

Мгновения перетекают одно в другое, затихший младенец отчаянно плещется в Озере. Вдруг тело его охватывает золотое сияние. Воды постепенно становятся прозрачными. Дети мои исчезают, растворяются в пластах реальности. Души уходят, и на дне остается только темное и бесформенное. Половина души. Ненужная жертва, которую принесла отчаявшаяся девочка.

Душа постепенно поднимается со дна. И движется ко мне.

* * *

Вера

Я очнулась резко. Последнее, что я помнила, – серебристый потолок, боль, разъедающая изнутри, и отстраненное осознание: сейчас все закончится.

А теперь я стояла коленями у самого края Озера и держала за ножку младенца.

— Святик?

Я рывком вытащила его из воды и прижала к себе. Он надрывно плакал. Бедолага. Весь посинел уже.

Я постаралась обнять Святика так, чтобы закрыть как можно больше площади его крошечного тела. Кожу мою укрывал мягкий бархат, но я не чувствовала в себе силу Девы. Вокруг лежал снег, на руках у меня плакал ребенок, мне почему-то было холодно, а в груди – так горячо, словно там плавилась лава.

Что произошло? И как отсюда выбраться? Второй вопрос, учитывая дрожащего младенца, волновал сейчас больше, чем первый.

Я погладила Святика по безволосой головке.

— Ты не в курсе, что здесь случилось?

Святик продолжал реветь.

Я оглядела Озеро. Что-то в нем было не так… Что-то… Минуточку. А где лед?

— Ну, и чего ты добилась? Хотела изменить мир? Или дождаться чуда? – раздалось за спиной.

К нам шел накачанный мужчина в черном деловом костюме. Он что здесь делает?!

Жар в груди немного поутих, и я еще раз огляделась. В небе по-прежнему не было солнца, вокруг по-прежнему лежал снег. Куда делись мертвецы? И если они куда-то делись, то где…

Я увидела его как раз тогда, когда Александр, чудом не проваливаясь в снег, подошел ко мне. Аскольд лежал на берегу, такой же бледный и отстраненный, как и прежде. Глаза его были закрыты, руки безвольно вытянуты вдоль тела.

— Отдай мне ребенка, – приказал Смотрящий.

Непременно.

Я начала потихоньку двигаться в сторону Аскольда, пытаясь уловить, дышит ли он.

— Ты как здесь оказался?

Святик начал икать, и я похлопала его по спинке.

— Ты же сама звала меня, – невозмутимо ответил Смотрящий.

— Я?!

Еще пара шагов к Аскольду – и Смотрящий остановил меня, крепко взяв за плечо.

— Я знаю, что ты делаешь. Имей в виду: я все равно заберу этого… – он в отвращении скривился, – богохульника.

Интересно. Раньше он не дотрагивался до меня.

— Озеро разморожено, да? И душ там больше нет. А если ты тут, значит, душа Аскольда вернулась в тело, – я говорила почти наугад, но, судя по тому, как полыхнул туман в глазах Смотрящего, попала в точку.

— Я позабочусь о том, чтобы он отправился туда, куда должен! – мстительно пообещал он.

Я судорожно соображала. Что-то случилось. Поэтому я, кажется, больше не Дева. А Аскольд остался здесь – причем и душа, и тело, иначе Смотрящий не заявился бы аж к Ледяному Озеру.

— Вера, ты совсем с ума сошла? Ребенка застудишь! – воскликнул над ухом знакомый шелковистый голос. – Отдай-ка его мне…

Лестер был в своем сказочном амплуа – белоснежные волосы сверкали на фоне такого же белоснежного снега – и держал наготове синий плюшевый плед.

— Нет, отдай мне! – Александр быстро глянул на небо и тоже протянул руки.