Ведьма сладкой деревни - Марин Сэнгель Страница 14

— Нельзя взрослеть, – невольно вырывается у меня.

— Как будто у нас есть выбор.

— Он должен быть, – настаиваю я. – Как в моей истории.

Рука Наоми крепче сжимает моё плечо, и Сестра поворачивается ко мне. Я замечаю, что её лазурные глаза сияют ярче обычного.

— Я часто думаю об этом… Ты знаешь… – шепчет она.

— О чем? – спрашиваю я.

Она ненадолго замолкает, а затем произносит дрожащим голосом:

— О твоем уходе.

На мгновение острая боль пронзает грудь. Мы с Наоми хорошо ладим. Даже больше чем хорошо, но все же не так, как это было с Фридой. Так как обычно мы не говорим об уходе, я никогда и не думала, что кого-то может волновать мой.

— Ты следующая, – продолжает она. – В следующем году ты покинешь приют. Пройдет несколько лет, и я тоже уйду. Мы никак не можем быть уверены, что снова увидимся там, снаружи.

Это правда. В марте я покину это место. Я не знаю, что меня ждет за стенами приюта, не знаю, какой будет моя жизнь и увижу ли я когда-нибудь своих Братьев и Сестер. Эта неопределенность должна пугать меня, но она только заставляет меня сохранять бодрость духа до ухода. Я не черствая. Просто желание приключений пересиливает всё остальное.

— Я буду скучать по тебе, Майя.

— Я тоже буду скучать по тебе, Наоми.

Я говорю это искренне.

Когда я поднимаю голову к небу, затянутому облаками, что-то холодное падает мне на нос. В приют пришел первый снег.

И вместе с ним зима.

После разговора мы с Наоми вернулись в класс, сели на последний ряд и не произнесли ни слова за всё время нудных уроков Пишон. Сегодня Крёстная мать не замечала меня, и я наблюдала за снежными хлопьями. Они устилали двор до тех пор, пока земля не стала такой же белой, как небо.

Буря, которая пришла следом, подарила мне сюжет нового рассказа, который я тут же записала в тетрадь. Это история о снежной королеве, волшебном зеркале и разбитых сердцах. Когда прозвенел звонок с урока, мы с Сестрой поспешили покинуть класс и пойти в столовую, где быстро съели наш суп. Пойдя ко мне, Лион хлопнул меня по плечу, а затем сел обедать рядом. Этот простой жест поднял мне настроение.

После я собиралась спокойно вернуться в спальню и закутаться в одеяло, но тут меня застала врасплох Карли и еще несколько воспитанниц её возраста. Дети преградили мне путь, а затем бросились в объятия.

— Майя, я так беспокоилась из-за того, что ты не вернулась вчера на урок, – проскулила Карли.

— Я тоже!

— И я! – добавила другая. – Ты расскажешь нам историю сегодня вечером?

Остальные воспитанники присоединяются к ним, тоже прося меня прочитать рассказ, и на лице у меня появляется слабая улыбка. Однако она быстро исчезает, стоит вспомнить об одиночестве, одолевшем меня сегодня утром. Если бы Наоми не пришла ко мне, думаю, я бы легла спать, не сказав никому ни слова. И все же я понимаю, что младшие здесь ни при чем. Они предпочли не перечить Матушке. В их возрасте я, скорее всего, сделала бы так же.

Когда Лион поднимает руку, показывая большой палец – знак того, что все в сборе, – я начинаю рассказ.

Через час дети уже лежат в постелях.

После моей истории все разошлись по спальням и уснули. Одна я не могу сомкнуть глаз. Что-то мешает мне. Стоило мне лечь в кровать, как голову заполонили мысли. Я закрываю глаза, но снова вижу лицо Крестной матери и сцены из моего кошмара. Сегодня ночью они опять могут мне явиться, загнав меня в ловушку с алой дверью. Одна мысль об этом вызывает ужас.