Лесная обитель - Мэрион Зиммер Брэдли Страница 140

Арданос склонился над Верховной жрицей.

— Это только обморок; она скоро придет в себя, – тихо проговорил друид: он и сам не на шутку испугался. – Я не думал, что мои слова окажутся для нее таким потрясением.

Он помог Кейлин поднять пожилую жрицу, удивляясь про себя, какая она невесомая, почти бесплотная под тяжелыми складками одежд; уложил ее на постель и подсунул под голову несколько подушек, чтобы больной было легче дышать. Кейлин добавила в чашу с водой несколько капель какого-то настоя и поднесла питье к губам Верховной жрицы. Мышцы ее шеи зримо напряглись, Лианнон с трудом сделала глоток. Спустя несколько мгновений веки ее затрепетали, ресницы распахнулись.

«А глаза у нее все так же красивы – даже сейчас, когда затуманены болью, – удивленно подумал про себя Арданос. Он будет горевать о Лианнон, когда ее не станет… но это осознание не должно помешать ему исполнить свой долг.

— Только не смерть, – прошептала Верховная жрица. – Неужто нет другого выхода?

Арданос покосился на Эйлан: она сидела на скамье, сжавшись в комочек, прикусив костяшки пальцев и неотрывно глядя на Лианнон.

— Если бы речь шла о моей родной дочери, Диэде, я сказал бы ровно то же самое. Я сперва подумал было, что это она…

— Мы сейчас не про Диэду… – Голос Верховной жрицы окреп. – Нельзя допустить, чтобы Эйлан погибла!

— Конечно, нет, – успокаивающе заверила Кейлин. – Арданос не хуже нас с тобой знает, что такое наказание никогда и ни к кому не применялось. В конце концов, Эйлан не первая, с кем приключилась подобная беда.

— Ну и что же вы предлагаете? – осторожно спросил друид. Он со злорадным удовольствием отметил про себя, как притихла Кейлин. Может, хоть теперь наконец угомонится.

— Миэллин забеременела от Летнего короля; и, в любом случае, у нее случился выкидыш, так что все благополучно разрешилось само собою. Но пять-шесть лет назад то же самое произошло с одной из молодых жриц, и ее без лишнего шума спровадили прочь.

— Это верно, – признал Арданос. – Но та жрица не была дочерью влиятельного друида…

— И внучкой тоже не была, – огрызнулась Кейлин. – Вот мы и дошли до сути: ты просто боишься, что вся эта история отразится на тебе!

— Кейлин, довольно, – одернула ее Лианнон. – Как ты можешь препираться с Арданосом, когда эта бедная девочка, – она оглянулась на Эйлан, – слушает вас, знать не зная, что ее ждет – жизнь или смерть.

Арданос поглядел на внучку: по ее лицу ничего не удавалось прочесть. Она упрямится – или ей в самом деле все безразлично? Старик досадливо покачал головой. Нельзя допустить, чтобы все их труды пошли прахом из-за какой-то глупой девчонки!

— А другие знают? – спросил он. Кейлин покачала головой. – Постарайтесь, чтобы никто ничего не проведал, и, может статься, мы что-нибудь придумаем…

— О, какое великодушие! – саркастически отозвалась Кейлин. – Сделать для родной внучки не меньше, чем для сторонней девицы…

— Молчи, дитя, – устало повторила Лианнон. – Не след так говорить с архидруидом. Я уверена, он изо всех сил пытается помочь Эйлан – и всем нам.

Кейлин скептически сощурилась – но промолчала.

— Как бы то ни было, все это касается не только вас, – мрачно проговорил Арданос. Насилие над священной жрицей – насилие, и не иначе, что бы уж там ни твердила Эйлан! – это факел, с помощью которого можно поджечь всю Британию. Друид запахнулся в плащ и поглядел на женщин сверху вниз. Есть по крайней мере один римлянин, кровно заинтересованный в том, чтобы избежать огласки и уладить дело миром. – Я поеду в Деву и поговорю с Мацеллием; может, и с мальчишкой его тоже повидаюсь.