Дракон из черного стекла - Джим Чайковски Страница 148

Он молился, чтобы там она пока и оставалась.

В кои-то веки…

* * *

Чтобы удержаться на ногах, Никс ухватилась за вертикальную опору трюма. Дрожь досок под ногами вскоре прекратилась, как и скрежет камня по дереву.

«Похоже, мы наконец остановились».

Хотя и далеко еще не оправившись, Никс выбросила эфемерные паутинки обуздывающего напева. В ее затуманенных глазах те светились во мраке, словно тлеющие угольки. Они стали чуть ярче, добравшись до Баашалийи и убеждая его сохранять спокойствие. Тихие утешительные аккорды, которые Никс пропела ему, тут же эхом вернулись к ней – и в качестве подтверждения, что всё в порядке, и чтобы проверить, как там она.

«У меня тоже все хорошо».

Когда Никс отводила эти золотистые пряди обратно к себе, они коснулись крепкого сердца варгра. Кальдер все еще охранял ее, сидя неподалеку и ни разу не сдвинувшись с места. Она тихо поблагодарила его, услышав глухое рычание в ответ – которое показалось ей предостерегающим.

Никс повела глазами по сторонам. Сквозь пелену, застлавшую зрение, огненными пятнами выделялись фонари в глубине трюма. Один из них накрыла какая-то тень, затмив его сияние.

Ей не нужно было видеть, чтобы понять, кто сейчас подходил к ней. Она сразу узнала его солоновато-мускусный запах, как будто этот человек нес с собой море, которое некогда было его домом. Никс знала ритм его дыхания, каждый выдох которого заканчивался едва заметным свистящим хрипом, похожим на мягкий вздох.

— Как там Пиллар? – спросила она у Даала.

— Справляется. – Облегчение еще больше смягчило этот вздох. – Кровь немного просачивается сквозь повязку, но ничего страшного. Хеффа тоже как следует присматривает за ним.

— Это хорошо. Мы не можем позволить себе потерять никого из рааш’ке, и я знаю, насколько вы с ним сблизились.

Последовало молчание, вскоре уже ставшее неловким. Никс услышала, как он переступил с ноги на ногу, легкое напряжение в его дыхании.

— Что-то не так? – спросила она, почуяв что-то неладное.

«Упоминание об этой связи между всадником и скакуном напомнило ему о том, что мы с ним потеряли?»

Никс опять жаждала этой близости, особенно после того, что произошло между ними в том ущелье. Это пробудило в ней все, от чего она добровольно отреклась. В голове у нее решение, принятое несколько месяцев назад, представлялось вполне разумным, неся в себе предостерегающий смысл, однако сердце сейчас противилось такой сдержанности, желая гораздо большего – что само по себе было предостережением.

«Я так легко могу потеряться в нем…»

— Это насчет Пиллара, – объяснил Даал. – Есть кое-что, о чем я уже давно хотел с тобой поговорить.

«Пиллара?..»

Никс едва скрыла свое разочарование. Молчание Даала не имело никакого отношения ни к ней, ни к тому, что они тогда пережили в воздухе.

— Что… Так что насчет Пиллара?

— Иногда мне кажется, что я могу прикоснуться к его чувствам – видеть его глазами, слышать его ушами… – В голосе у него появились нотки замешательства, как будто он сам не верил собственным словам. – Это приходит лишь урывками, кратко и мимолетно. Стоит мне на этом сосредоточиться, как это чувство сразу же ускользает. Я боялся рассказать об этом другим всадникам, чтобы они не решили, будто я схожу с ума.

— Нет, Даал, это не сумасшествие. У нас с Баашалийей частенько бывает то же самое. Иногда это ощущается сильнее, а иногда лишь едва уловимо. Это зависит от того, насколько силен на тот момент мой напев.