Закон треснувшего корешка - Анастасия Шелест Страница 149

— Что за глупости? – уточняет Эрик так спокойно, словно всерьез не видит ни одного повода для моего предположения. – Я терпеть не могу бесхарактерных, вечно ноющих людей, которые только и делают, что жалуются, и считают, что все должны их пожалеть. – Он морщится, словно ему и говорить о таких противно. – Поначалу ты мне такой и показалась.

Ух ты. А он умеет ударить, даже не прикоснувшись. Ни один тычок на тренировке не сравнится с этим. Словно хлесткая пощечина со всего размаху, от которой голова дергается и в ушах звенит.

У меня вздрагивают губы, но я поджимаю их, запрещая себе показывать, что он сумел меня задеть. В голове вертится столько ответов. Заявить, что он и сам не подарок. Фыркнуть и закатить глаза. Напомнить, что я вообще-то не напрашивалась ни в какую Академию. Жалобно пробормотать, что он ничего обо мне не знает.

Все не то. Я не хочу цеплять Эрика в ответ, поэтому просто молчу, сверля взглядом острый угол воротника на его рубашке, а он в моем ответе и не нуждается. Пожав плечами, Эрик наклоняет голову и продолжает:

— Но ты взяла себя в руки. Перестала наконец-то себя жалеть и занялась делом. Зачем мне отрицать, что ты стараешься и делаешь успехи?

Нет. Он не требовательный. Он жестокий. Или действительно не понимает, насколько задевают его слова.

Да неважно. Эта привычка говорить правду без прикрас так хорошо вписывается в его образ, что начинает даже казаться очаровательной.

Качнув головой, я понимаю, что Эрик выжидающе смотрит на меня, и выдавливаю из себя смешок.

— У меня просто появилась неоспоримая мотивация.

Секундное движение губами – единственное проявление проскользнувшего любопытства. Эрик отрывает ладони от подоконника и поворачивается ко мне всем корпусом, спрашивая:

— Вот как. И какая же, если не секрет?

Даже будь это секрет, я бы все равно сейчас разболтала. Не хочу думать, в чем дело – то ли мне уже нечего терять после всех этих нелепых реплик, то ли вино успокаивает неоправданное волнение.

Дернув уголком рта, я неопределенно повожу плечами и легко признаюсь:

— Очень хотелось врезать тебе хорошенько.

Медленно моргнув, Эрик проводит пальцами по волосам, зачесывая их назад. Уголки губ приподнимаются, и он окидывает меня оценивающим взглядом, усмехаясь:

— И как успехи? Думаешь, получилось бы?

Это самая нелепая провокация, с которой я когда-либо сталкивалась. Даже мой непутевый брат справлялся лучше. Я на такое не поведусь.

— Не знаю. – Я пожимаю плечами, насмешливо сощурившись. – Все зависит от обстоятельств.

Не ждал же он всерьез, что я полезу в драку вот так в лоб? Глупости.

Эрик хмыкает и, отбросив все намеки, прямо предлагает:

— Проверь.

Да он издевается. Знает же, что шансов у меня уже никаких. Что он вообще делает? Зачем?

— Прямо здесь? – Любопытство выталкивает из меня вопрос, и, поймав утвердительный кивок Эрика, я закатываю глаза. – Сейчас, когда ты к этому готов и ждешь? Я не собираюсь вступать в драку, когда нет шансов победить.

Довольная своим ответом, я легко пожимаю плечами и даже не сомневаюсь, что Эрик отступит, но он окидывает меня непривычно открытым смеющимся взглядом.

— Я дам тебе фору в три секунды. Не шевельнусь, – обещает он, не сводя с меня глаз, и тут же подначивает: – Неужели совсем не интересно проверить свои способности?