Две судьбы Хальвдана Черного - Елизавета Дворецкая Страница 149

От неистовых криков толпы, хохота, визга, вопля, казалось, содрогались горы вплоть до Старого Сокни. Рагнхильд изнемогала – охрипла и задыхалась от смеха.

Гюмир, показывая, как сильно пострадал от удара, вцепился в личину и мотал головой. При этом он повернулся к Фрейру спиной – подозрительная беспечность. У того все плыло и кружилось перед глазами, в ушах звенело, однако он еще не сдался. С трудом поднявшись, Ульв белкой кинулся на великана сзади – обхватил его шею правой рукой и повис.

Хельсинг этого и ждал: подавшись вперед, перехватил руку Ульва за локоть и перебросил его через спину.

Народ так и ахнул: многие было подумали, что вот тут йотуну и конец, – кроме опытных бойцов, кто смог прочитать рисунок боя и предугадать ловушку.

Фрейр лежал на земле, для победы Гюмиру оставалось лишь навалиться на него и прижать. Но вместо этого йотун бросил взгляд на площадку, где стояли Харальд и Рагнхильд, и диким голосом закричал:

— О Светоносная Герд! Твой солнечный взор пронзает меня… я гибну! Гибну!

С громким стоном Гюмир опрокинулся навзничь и рухнул, широко раскинув руки. Немного подрыгался в судорогах и затих. Народ хохотал, Ульв сидел рядом на земле, кривясь и потирая ушибленный бок. Поединок был окончен, но Гюмир, умерев самостоятельно, лишил его возможности победить.

Рыдающая от смеха Рагнхильд с трудом овладела собой, оторвала взгляд от распростертого Гюмира, наконец взглянула на Ульва и кивнула. Оправив одежду и волосы, он подошел, чтобы принять рог с медом. Вид у него был вовсе не победительный, скорее помятый и раздосадованный. Такая победа была позорнее проигрыша; мордастый йотун поиграл им и бросил. Чувствовал Ульв себя немногим лучше, чем если бы с него прилюдно стянули штаны. Принимая рог от Рагнхильд, он видел в ее смеющихся глазах отражение своего позора, и оттого глоток меда показался так горек, что чуть не застрял в пересохшем горле.