Вик Разрушитель 10 - Валерий Гуминский Страница 16

— Всё, тренировку закончил, сейчас приду, — я ощутил внезапно навалившуюся усталость. Откат нешуточный словлю сегодня.

В мастерской, помимо Гены с помощниками и Ломакина, крутились Куан и Петрович. Оба с интересом смотрели запись моей тренировки, которую до этого транслировали две камеры, направленные на заднюю часть усадьбы. Берг то и дело щёлкал манипулятором, чтобы прокрутить какое-нибудь движение или прыжок в замедленном или сильно замедленном повторе.

— Ловко устроились, — покачал я головой, когда Ворон с Ваней помогли мне вылезти из бронекостюма. — Сидят тут в тепле, кофею попивают, а я там жилы выматываю.

— Легко в учении — тяжело в походе, тяжело в учении — легко в походе, — откликнулся Петрович. — Кто сказал?

— На Суворова похоже, — хмыкнул я.

— Молодец, знаешь историю, — похвалил меня «главный старик-разбойник». — Он и есть.

— Мучитель — хороший учитель, — брякнул за спиной Ворон.

— Ой, помолчи! — я отмахнулся от него. — Дай вам волю, вы же меня закидаете афоризмами. Где там моя одежда?

Я натянул на тонкий нательный комбинезон штаны и свитер, сунул ноги в ботинки, но уходить пока не собирался. Ещё с полчаса рассматривали разные эпизоды тренировки, обсуждали некоторые технологические аспекты брони, а потом сказал Гене, чтобы он подготовился к встрече с Арабеллой Стингрей. Пора их сводить вместе на ниве производства экзоскелетов. Берг может подкинуть идею комбинезонов с сенсорными датчиками. В две светлые головы они что-нибудь придумают. Оставив инженера и механиков заниматься своими делами, вернулся в дом, принял душ, после чего позвонил дядьке Матвею. Надо заранее решить вопрос с охраной моей усадьбы.

Дядька ответил сразу. Всегда завидую его оптимизму. Никогда в его голосе не слышал ноток отчаяния, усталости или злости. Разве только в ту ночь, когда на дом Гусаровых напали. Но и тогда он был сосредоточен, хотя тревожность проскальзывала в каждой фразе.

— А вот и наш герой объявился! — хохотнул дядька. — Что же ты к нам не заехал, наградой не похвастался? Дед с бабкой ждут-не дождутся. Не обижай их.

— Так я под арестом,— напоминаю ему мягко.

— Тьфу ты! Запамятовал. Прости, племяш. Чего хотел? Не о моём же здоровье поинтересоваться?

— Да оно у тебя, дядюшка, как у быка-трёхлетки, — хмыкнул я.

— Эва, сравнил с кем! — ничуть не обиделся Гусаров и рассмеялся. — Ну, говори.

— Я через несколько дней уезжаю в Клин. Меня князь Оболенский вызвал на поединок в бронекостюмах. Что-то вроде испытательного боя, проверить слабые места своей продукции хочет. Сам понимаешь, придётся всю свою гвардию брать с собой. А в Сокольниках никого не останется. Мог бы ты с десяток бойцов прислать, для охраны особняка, пока меня в Москве не будет?

— Какой вопрос, племяш! Конечно, подсобим по-родственному! Когда едешь?

— Арест заканчивается через три дня, вот я сразу в Клин и рвану. Подготовиться надо, площадку посмотреть, охранные мероприятия, опять же…

— В любом случае позвони за день до отъезда, — попросил дядька Матвей. — Бориса я поставлю в известность. Возьмём твой дворец под усиленную охрану. Тем более, пока у нас никаких контрактов в ближайшее время не намечается. Отдыхаем.

— Спасибо, дядя, — от сердца поблагодарил я.

— Потом нальёшь! — хохотнул Гусаров. — И не забудь в гости к старикам заехать, медалью похвастаться!