Вероломный бог - Кэмерон Джонстон Страница 164

— Уничтожить хальрунов! – выкрикнула Шадея, и вокруг нее появился мерцающий шар – она старалась защитить ключ активации. Штурмовики ринулись на скаллгримцев. Огненная стрела пироманта уже неслась к хальрунам, пока санкторы оттаскивали нас назад, чтобы дать другим магам место для маневра на мосту.

Хальрун поднял татуированную руку, и порыв ветра отнес наши огненные стрелы в сторону, они взорвались на берегу реки. Странно было находиться так близко к магии и ничего не чувствовать. Проклятые санкторы! Но отголосок боли Линаса еще пульсировал у меня в голове, и он был бы гораздо сильнее, если бы мой Дар не подавляли.

— Откуда они узнали, что мы сюда идем? – спросил Мартен. Внезапно его голос стал жестким. – Опять предательство.

Шестеро штурмовиков, словно огромный молот, ударили в стену щитов, дерево и сталь разлетелись от удара, десяток скаллгримских воинов откинуло назад. Несколько человек с воплями упали в мутную реку, где тяжелые доспехи (и кое-что другое) утащили их под воду. Маги пробились сквозь остатки строя, прорубая путь к хальрунам. Огромные мечи оставляли от тел кровавые руины, разлетались конечности, головы превращались в месиво. Топоры отскакивали от толстых доспехов, берсерки снова поднимались на ноги и бросались в бой.

На другой половине города развивал наступление Арканум, небо пылало огнем, молниями и другими, более экзотическими энергиями. Стаи демонов падали горящим дождем. Ближе к нам ветер и огонь вихрились вокруг хальрунов, пока маги боролись за господство над стихиями. Завывания старухи стали громче, она завершила круг и стала чертить внутри него какие-то зловещие руны. Костяные амулеты на ее шее почернели, неведомым образом защищая ее от бушующего пламени пиромантов.

Воины Скаллгрима, используя численное преимущество, в жестокой схватке пытались повалить рыцарей на землю и воткнуть ножи в сочленения между их доспехами. Скаллгримцы понятия не имели, с кем имеют дело, и не задумывались о том, почему стражи до сих пор не вступили в бой. Четверо набросились на Эву и сумели уронить ее на одно колено. Она боднула одного из нападавших головой, и шлем впечатался в лицо, оставив лишь фонтанирующий кровью обрубок. Другого она ударила локтем, вдавив доспехи ему в грудь. Освободившись от этих двоих, она встала и схватила третьего за горло. Его шея лопнула, как гнилой фрукт. Четвертого она забила до смерти телом его товарища, из-под ее доспехов донесся маниакальный смех.

Я никогда раньше не видел рыцарей в настоящем бою. Зрелище было устрашающее, а Эва еще и смеялась. Я порадовался, что она на моей стороне.

Враги запаниковали и разбежались, оставив хальрунов умирать. Старик упал на колени, утопая в собственной крови, наши маги пробили защиту, и пламя обуглило его кожу. Один штурмовик бросился на женщину. Та улыбнулась и произнесла:

— Моя кровь, твоя кровь. Моя плоть, твоя плоть…

У меня по спине пробежал холодок.

Клинок расколол ее череп пополам. Капли крови мертвой шаманки повисли в воздухе, а затем начали вращаться вокруг ее тела, все быстрее и быстрее. Вся кровь, пролитая во время битвы, стекала по земле к ее кругу. Внутри меня запульсировал ликующий нездешний голод, становясь все сильнее с каждым мгновением – будто я уже знал, что грядет. Я крепко сжал Расчленителя, но у санкторов сейчас были заботы поважнее меня.