Тень среди лета. Предательство среди зимы - Дэниел Абрахам Страница 196

— Что ж, будем надеяться, что наш друг, направленный сюда даем-кво, окажется неплохо образованным.

— Тебе лишь бы перечить. Вот он явится сюда и будет рыться, совать повсюду нос, а ведь ты знаешь, что в моей библиотеке есть очень старые книги, плохое обращение их погубит.

— Может, сделаешь копии? Тогда оригиналы останутся в целости и сохранности.

— Именно этим я и занимаюсь, но ты ж знаешь, копирование требует уйму времени и терпения. Нельзя просто привести с улицы писцов-недоучек и усадить их за бесценные книги Империи.

— Баараф, как ни старайся, ты не справишься в одиночку. Это попросту невозможно.

Библиотекарь сердито посмотрел на Семая, но глаза заблестели.

Андат тем временем двинул вперед белую фишку, и в голове у Семая снова зашумело. Хороший ход.

— Ты придаешь какой-то мысли форму человека, заставляешь ее выделывать всякие фокусы и потом рассказываешь мне, что возможно, а что нет? Сам-то себя слышишь? В общем, я предлагаю сделку, если ты…

— Погоди со своей сделкой, – сказал Семай.

— Если ты просто…

— Барааф, или умолкни, или уходи. Мне надо закончить партию.

Семай уселся за игровой стол. Андат вздохнул.

Белая фишка открыла возможность продвижения другим, прежде заблокированным. Семай нахмурился: никогда еще андат не делал подобных ходов.

Исход игры предрешен, андат не сможет провести свои фишки к цели раньше, чем черные достигнут своей. Но пока не заявился библиотекарь, все было гораздо проще.

У Семая покалывало пальцы. Он проделал в уме следующие пять шагов и решительно двинул черную фишку вперед, так что она преградила андату самый короткий путь к цели.

— Отличный ход, – сказал наблюдавший за игрой библиотекарь.

— Чего ты от меня хочешь? Просто скажи – я отвечу отказом и смогу дальше заниматься своими делами.

— Сделка такая: я предоставляю поэтишке полный доступ в мою библиотеку, а ты соглашаешься отдать мне твою коллекцию. Разумнее хранить все книги и свитки в одном месте – так их проще систематизировать.

Семай принял позу благодарности и сказал:

— Нет. А теперь уходи. Мне надо доиграть.

— Да ты сам подумай! Если я…

— Во-первых, ты предоставишь Маати Ваупатаю полный доступ в библиотеку, потому что так тебе велели дай-кво и хай. И во-вторых, я ничего не решаю, со мной даже никто не советовался по этому поводу. Ты же не идешь к ювелирам, когда тебе нужен ячмень? Вот и ко мне не приходи, чтобы выторговать уступки в деле, с которым я никак не связан.

На лице библиотекаря промелькнула искренняя обида. Размягченный Камень прикоснулся к белой фишке, но сразу убрал руку и снова задумался.

Библиотекарь изобразил крайне формальную просьбу о прощении.

— Нет, это ты меня прости, – сказал в ответ Семай. – Я не хотел грубить, как сварливая жена фермера, просто ты пришел не вовремя.

— Ах да, конечно. От исхода этой твоей детской игры зависит судьба мира. Сиди-сиди, я закрою за собой.

— Мы можем поговорить позже, – сказал Семай в спину уходящему библиотекарю.

Дверь затворилась, и Семай остался наедине со своим пленником, или подопечным, или вторым «я».

— Он не очень-то хороший человек, – пророкотал Размягченный Камень.

— Так и есть, – согласился Семай. – Но друзей не выбирают. И да оградят нас боги от мира, где любовь достается только тем, кто ее заслуживает.