Среди змеев - Марк Дж. Грегсон Страница 199

Я перевожу взгляд на него.

— Это был не формальный вызов или еще что. Я увидел папеньку на улице, где он говорил с толпой. Подбежал и давай месить его кулаками.

— Ты… вот так… начал его избивать?

Громила кивает.

— И победил, – говорит он. – Папенька упал к моим ногам. Правда, в этот момент ко мне подбежали Бугай, Валун и еще с полдесятка кузенов, племянников и племянниц. Среди них даже карапуз один был. Я успел свалить четверых, но с другими не справился. – Замолчав, он смотрит на меня и добавляет: – Не боись, младенца я не тронул.

Я бы рассмеялся, если бы это не было настолько безумно, однако Громила упивается воспоминанием, словно горячим шоколадом.

— В себя я пришел уже в поместье на Стоунфросте. Меня приняли в дом, как будто не выгоняли вовсе.

Чувствую, как краснеет шея.

— Ты поколотил родных? И этого хватило? Поверить не могу.

— Я заработал сотрясение, Элис.

— Мне, чтобы вернуться в семью, надо было победить в Состязании. Я бегал по спине горгантавна пятого класса. Нам с тобой пришлось подставить Себастьяна. Громила, черт возьми, я тогда себе плечо продырявил, лишь бы убрать гаденыша с корабля. И на все это я пошел затем, чтобы дядя позволил мне снова увидеть сестру.

Громила кивает:

— Может, моя родня и засранцы, зато они не Урвины.

Чувствую горечь во рту. Громила похлопывает меня по спине здоровенной ладонью. Еще год назад не было никого, кроме дяди, кого я ненавидел бы сильнее Громилы. Зато сейчас сижу с ним рядом, как никогда благодарный судьбе за то, что мы снова вместе.

— Себастьяна не видел? – спрашиваю.

— Себастьяна? – выгибает бровь Громила. – Что здесь делать этому мелкому куску крачьего дерьма?

Верно, он же не в курсе. Когда я рассказываю, в чем дело, Громила швыряет камнем в руины древнего здания, и тот разлетается на куски.

— Вот же мелкий паразит и предатель.

Дальше мы сидим молча, а я водой из кувшина умываю лицо и осторожно смачиваю края ран. В конце концов Громила обращает взгляд на свою ужасную семейку.

— Вставай, – велит он мне. – А то еще покажешься слабее, чем есть.

— Но…

— Просто делай, как говорю, Элис, это не так уж и трудно.

— Сволочь.

Ноги подгибаются, поэтому я прислоняюсь к разбитой стене и с беззаботным видом скрещиваю на груди руки. Вскоре нас обступает вся банда великанов-Атвудов и группа их наемников. Эти здоровенные чудовища – огромные, широкоплечие женщины и уродливые мужчины с лысыми головами – смотрят на меня с нескрываемым отвращением. Любой из них одной рукой раздавит мне череп или проломит грудину ударом ноги.

Я невольно сглатываю, оказавшись почти беззащитным в окружении заклятых врагов рода Урвинов.

Вперед выходит самый страшный из Атвудов, бородатый патриарх семейства. Кроша гравий подошвами огроменных ботинок, он быстро приближается к нам с Громилой. Новому герцогу Стоунфроста, Агрессу из Атвудов, лет пятьдесят, ростом он почти не уступает Громиле, только взгляд у него куда более злобный. Один окуляр его ветрозащитных очков зачернен, заменяя повязку, и он смотрит на меня единственным глазом так, словно я не принц, а какое-то насекомое.

— Ты, Урвин, – горько произносит Агресс.

Атвуды фукают, будто само это слово – отрава.

Некоторое время Агресс щурит единственный глаз, а потом резко вскидывает руку, веля остальным замолчать.