Убежище Ксинори - Хамки Страница 2

— Лика…

— Мааакс, – если стенания Лики были исполнены отчаяния, то фразы Эйки звучали так, словно она пыталась уговорить на что-то очевидное полного идиота. – Кончай валять дурака, Лика права: тебе совершенно нечего там делать! Ты – Глас Салангана, в конце концов! Пусть другие дерутся! – Эйка, держа в руках некое подобие фонаря, представляющее собой наполненный светящимися насекомыми стеклянный шар, и в самом деле смотрела на спецназовца как на дурака. Впрочем, то, что она, Вторая советница Гласа Салангана, уже полгода как обитающая в храме и показавшая большие успехи в делах налаживания контактов с зелирийскими королевствами, стояла сейчас тут, сама пытаясь продышаться, уже говорило о том, что ей вовсе не плевать на Макса и перспективу его бесславной кончины. Почему никто из них не рассматривал любой иной исход, – парень не понимал.

— Эйка права, Макс! – всхлипнула Лика. – Ты – Глас Салангана! Не уходи, не бросай Теократию! Только прикажи – армия будет готова выступить к утру! Хочешь, её возглавит Ласса, хочешь – я, но не ты сам, Макс! Ты нужен нам!

Макс вздохнул и сел на траву там же, где стоял. Он протянул руку и вытер слёзы с красных глаз Лики.

— У Теократии есть вы. Ты видела, что случилось, слышала мой пересказ слов Хамки, которые он сказал мне, уходя.

В самом деле, сегодня утром Коксик, все эти полгода исправно выполнявший роль бесноватой, но забавной аватары Хамки, словно сорвался с цепи. Он как обычно кружил над площадкой перед Храмом, но в какой-то момент издал дикий рёв и спикировал вниз. Его безразмерная пасть открылась, и острые как бритвы зубы клацнули в считанных миллиметрах от лица оказавшейся рядом послушницы. В следующее мгновение Хамки, который успел телекинезом остановить свихнувшееся создание, буквально разорвал летуна в клочья, потому что вернуть над ним контроль уже не удалось.

— Ты сказал, что это пришельцы из другого мира! – с новой силой завыла Лика. – И сказал, что Хамки считает это его личным делом! Его вендеттой! И что он просил не ходить за ним, Макс!

Макс вздохнул и, сев на землю, посмотрел в небо. Произошедшее за последние сутки поставило всю его уже наладившуюся жизнь с ног на голову. Как выяснил Хамки, Коксик «свихнулся» за считанные секунды до того, как объединённая Зелирийская армия, пусть и сильно поредевшая, всё же выдвинулась к Стене отторжения. Прошедшие полгода благородные зелирийские командиры и правители потратили на грызню и препирание между собой на той самой равнине, деля будущие лавры победителей и «вновь открытые территории». До прямых столкновений дело, к счастью, не дошло, но часть войск снялась и вернулась во владения своих правителей. Может на Зелирии пока и нет полноценной феодальной раздробленности, но с такой способностью к договорам – очень скоро именно она и наступит.

— Вероятно мы погибнем, как погибли бы зелирийцы, если бы не вмешался Хамки, но если ты считаешь, что это необходимо – мы выполним твой приказ! – воскликнула Лика. – Но не ставь под угрозу собственную жизнь!

Феерическое самопожертвование. Жаль, совершенно бесполезное. Отправляясь на свою «вендетту», Хамки успел сказать, что в момент, когда зелирийская армия немного приблизилась к парящему в небе сферическому судну пришельцев, оттуда прилетел плазменный сгусток. Он превратил бы всё живое в долине в пепел, но «пофигистичный саланганец» успел силой мысли создать силовой барьер на пути огненного заряда, и его взрыв почти не повредил зелирийцам: оглушённые, напуганные, но живые, они в панике кинулись прочь с потенциального поля боя.