Эпоха Сочувствия Том 1: Балы и бомбы - Святослав Макаревский Страница 2

Дарианна с Энаццо сели друг напротив друга. Почти весь вагон был занят людьми – лишь несколько свободных кресел ещё, казалось, ждали пассажиров. Переливисто зазвенел третий звонок, но поезд так и не тронулся.

— Что ж мы стоим? – прошептала Дарианна, поглядывая через окно на соседний, пустой путь.

— Мама, когда мы поедем? – раздавался громкий детский голос с другого конца вагона.

— И вправду, чего ждём? – отвернулась от окна Дарианна.

Ответ на вопросы она получила достаточно скоро: внутрь вошли около десятка мужчин, и полупустой вагон мгновенно заполнился. Двое вошедших оказались довольно примечательными: жандармский офицер в шинели и его спутник – мужчина с острой вьющейся бородкой, но без усов; он держал в руке портфельчик и постоянно поправлял на носу пенсне.

— Полиция, – поморщился Энаццо, краем глаза поглядывая на новых пассажиров.

— И что же она тут делает? – Дарианна непонимающе посмотрела на него.

— Нам же вчера на музыкальном вечере… да, как раз-таки Бернан Варидэн говорил, – пояснил брат. – Гарола Фазая, полицмейстера Ортезии, сняли с должности за жестокое обращение с арестованными. Это, мне кажется, он и есть… Уезжает в другой регион.

— Его накажут? – Дарианна ещё раз рассмотрела жандармского офицера, который этим Фазаем, наверное, и был. Держался, по крайней мере, по-аристократически, и на окружающих свысока поглядывал. Да и поезд ожидал его прибытия…

Да, тут, конечно, и климат другой и культура интереснее… А ещё в этих местах, на континенте Мардхивари, постоянно что-то происходило… Как-то на Раппалонге жизнь казалась немного спокойнее и размереннее.

Наконец паровоз засвистел и тронулся, вагон резко дёрнулся, покачнулся и медленно покатился по рельсам на север, к Белым Горам. Дарианна отвернулась от Фазая, прильнув к окну и рассматривая привокзальное путевое развитие. У кирпичных складов с дощатыми крышами разгружались несколько товарных вагонов. В стороне, около высокой водонапорной башни, заправлялись водой из чёрно-белых кранов паровозы. Поезд, будто бы борясь с некой противоборствующей силой, с трудом набирал ход и продирался сквозь хитросплетения стрелочных переводов.

Сидема была одним из центров Лар-Кювэра, столица Ортезии, единственного региона с выходом к морю. Поезд катил по той самой железнодорожной линии, которая использовалась для вывоза из ортезийских портов колониальных товаров – встречные товарные поезда следовали друг за другом. Какие-то ехали порожняком, чтобы загрузиться в порту, какие-то везли предназначенные для продажи в других странах или тех же колониях грузы. Сидемская железная дорога бурлила кипучей энергией… И её тоже ведь построили люди!

Дарианна поняла, что сложность мира иногда не интригует её, а пугает и раздражает. Она вновь перевела взгляд на беседовавшего со своим соседом бывшего полицмейстера.

Гарол Фазай был уже не молод – лицо морщинистое, тонкие усы, почти сросшиеся с густыми, длинными бакенбардами, как-то печально поникли вниз. Глаза его Дарианна через полвагона рассмотреть не могла, но ей казалось, что, если б ей довелось приблизиться к бывшему полицмейстеру, то увидела она бы в его глазах усталость и жесткость, даже жестокость.

Энаццо, как и все члены семьи Одэтисов, был человеком республиканских взглядов и не одобрял заведённых в Лар-Кювэре порядков, однако и вполне лояльные власти люди выказывали недовольство деятельностью Гарола Фазая. Дарианна постаралась вспомнить, что слышала о нём.