Шепот в стенах - Скотт Рэнкин Страница 20

Ее мать усмехнулась:

— Гости на первом месте.

Рен пересекла комнату и взяла другую чашку. У нее не было времени на долгие разговоры. Она налила свою обычную утреннюю порцию чая и снова вернулась к ним. Мать и ее гость сидели на приличном расстоянии, но Рен полагала, что, если б ее не было рядом, они оба устроились бы на подушках. Даже сейчас она видела, как их тела стремятся друг к другу.

Рен терзали противоречивые эмоции. Ее мать заслуживала счастья. Она имела право улыбаться, флиртовать и делать что заблагорассудится. И все же… все же наличие любого мужчины в этом месте неизбежно подчеркивало отсутствие отца.

Гость протянул руку. Рен пожала ее.

— Я Харлоу. Мы с твоей матерью друзья.

— Хорошие друзья, как я вижу, – ответила Рен, заставив его улыбнуться. – Приятно познакомиться, Харлоу. Не могу поверить, что мама держала тебя в секрете. Тебя трудно скрыть.

Мужчина снова фыркнул.

— Если ты не против, мне нужно пообщаться с ней. Наедине.

Он вскинул в воздух обе руки, словно говоря: «Конечно».

— Мне пора на смену.

Рен наблюдала, как он наклонился, поцеловал ее мать в лоб, а потом направился к входной двери. Она отметила, что Харлоу не постеснялся прихватить чашку с собой. Несомненно, мама не будет возражать, если он снова придет, чтобы вернуть ее.

Рен подождала, пока дверь с грохотом захлопнется, и лишь потом повернулась к матери.

— Рен, послушай, мне очень жаль…

— О, не бери в голову. Он очень хорош собой. Прости, если испортила тебе утро, но мне нужно двигаться дальше. Ты все устроила?

Мать сделала глоток из чашки.

— Да, но я хочу знать, зачем ты едешь в такую даль.

— Мне нужно провести кое-какие исследования в Равинии.

— Исследования? Ты написала, что тебя не нужно включать в список пассажиров корабля. Какие исследования требуют такой секретности?

Рен боялась этого. Ее мать не была дурой. В конце концов, именно она поставляла Рен бо́льшую часть сведений.

— Исследования, о которых не должны узнать Бруды.

Мать поджала губы с явным неодобрением, но кивнула.

— Я отнесла плащ в твою комнату. Иди и надень его. Мы хотим быть уверенными, что шпионы Брудов тебя заметят.

Рен нахмурилась:

— Мы?.. Мам, просто скажи, на какой корабль садиться. Ты не должна…

— Перестань. Я не позволю тебе ехать одной после того, что случилось в прошлом году.

Тон ее матери не оставлял возможности для возражений. Это не обсуждалось. Да и что, собственно, могла сказать Рен? «Тебе слишком опасно ехать, мама». В таком случае ее мать только еще больше захотела бы отправиться с ней.

Правда заключалась в том, что Рен не знала, как пойдут дела в Равинии. Она понятия не имела, удастся ли найти тех, кто ей нужен, и правдивы ли вообще истории старухи. Так или иначе, она узнала о человеке, который имел зуб на дом Брудов. Здесь, в Каторе, Рен не нашла ни одного такого. Никто не осмелился ей помочь. Великие дома не стали с ней даже разговаривать. Возможно, Дагвид Тинвори – ее лучший шанс обрести достойного союзника.

— Отлично, – сказал Рен. – Твой хахаль знает, что ты уезжаешь?

— Он не пропадет, – ответила ее мать. – Кстати, о хахалях. А где твой? Обычно он бегает за тобой по пятам, виляя хвостиком.

Рен вздохнула:

— Тео уехал сегодня утром. Впереди долгое путешествие на корабле. Я все объясню, когда будем на борту.