Два в одном: Во все тяжкие - SecretKeeper Страница 202

Присутствующие повели себя именно так, как я и предположил: хором загалдели, едва ли наперебой возмущаясь.

— Это решение госпожи Сирогане. Поэтому, каждый из вас, кто не согласен с результатом экзамена и отбора — пусть выйдет вперед и заявит об этом, — тем временем продолжала она.

— А чего тут заявлять, — неожиданно выступил вперед плотный невысокий Такемура. — Если его выбрали за то, что он лучший и сильнейший — пусть докажет это!

Остальные не проявили такой откровенной активности, но закивали, поддакивая Такемуре.

Я перевел взгляд на Аки, и та безразлично пожала плечами, слегка ухмыльнувшись.

— Почему бы и нет. Яромир, согласно нашим традициям, претендовать на роль защитника госпожи могут только сильнейшие. В силу понятных только нам с тобой событий — тебя выбрали безо всяких проверок. Но по традиции ты должен доказать свое превосходство, — она мило мне улыбалась, хоть я понимал: это тупая подстава.

— И как именно я это должен доказать?

— Поединок, — спокойно протянула девушка, ничуть меня не удивив.

Я посмотрел на свое снаряжение, и даже не стал это комментировать, все итак понятно. П-предсказуемость…

— Какие правила?

— Бой один на один, до потери сознания, первой крови или сдачи противника. Намерено калечить и травмировать нельзя, помните, вы все тут союзники и друзья. Любой, кто нарушит правила будет очень строго наказан. В остальном ограничений нет…

Пока я переваривал услышанное, нас развели по сторонам на расстояние около десяти шагов. Аки отошла назад и выжидательно подперла спиной одну из колонн, а сенсей встал посередине, между нами.

— Ёси… Хадзимэ! Тренер махнул рукой и Такемура с быстротой молнии бросился на меня, почти мгновенно сократил расстояние, осыпая градом ударов. Понятия не имею, что это за вид боевых искусств, но по мне быстро отработали двоечку в корпус, и когда я отклонился — в челюсть. Я рефлекторно прикрыл лицо — и получил с ноги по почкам (благо экипировка смягчила удар) но все равно было болезненно. Я попробовал отскочить, и неожиданно понял, что противник банально наступил мне на ногу, не дав увеличить расстояние. А когда я сильно рванулся — неожиданно выпустил и вдогонку придал мне ускорения, от чего я покатился по татами. На меня навалились сзади, левую руку выкрутили в болевой залом. Черт.

— Сдавайся — презрительно бросил Такемура, усиливая нажим. Сопротивляться было бесполезно.

— Хорошо, сдаюсь, — выдохнул я, и меня отпустили.

Японец поднялся, скорчил презрительную гримасу на лице, но все же протянул мне руку. Я пожал плечами и принял помощь, решив не усугублять накал неприязни, и надеясь таким образом разрядить обстановку.

— Ну поздравляю, ты… неплох, — выдохнул я, массируя шею.

Японец посмотрел на меня, потом на Аки и тренера.

— Не понимаю, — протянул он с акцентом. — Зачем ты поддался?

Я повернул к нему голову, внимательно следя за его реакцией.

— Прости?

— Я спросил: почему ты поддался? Или нет? — он снова посмотрел на Аки. — Ты не можешь быть настолько слаб, если тебя выбрали защитником без всех экзаменов!

— Я не поддавался, — ответил я тихо, и лицо моего противника вытянулось.

— Что это значит? Ты хочешь сказать, тебя выбрали с таким слабым навыком? Юй-сан, я не понимаю! Как это? Почему? Его же любой новичок на лопатки положит!