Наследница Джасада - Сара Хашем Страница 216

Поскольку фестиваль проходил по всему городу, то чем дальше продвигался человек, тем разнообразнее была музыка. Я уже успела услышать сладкие звуки цитры[31] и быструю омалийскую колыбельную на лютне. Наблюдала, как мужчины размахивают палками, танцуя в такт барабанной дроби.

Потягивая сок из сахарного тростника, я шла по окраинам фестиваля, куда были вытеснены приезжие из соседних городов омалийские торговцы. Увернувшись от крутящегося в радужной юбке мужчины, танцующего танноуру[32], я увидела старого торговца, который сидел на земле, согнув узловатые колени под своим худощавым телом, и махал мне. На стеганом одеяле был разложен его товар, и яркие цвета привлекли меня.

— У тебя есть с собой деньги? – спросила я Уэса, и когда он кивнул, опустилась на колени, чтобы рассмотреть предметы поближе.

Плетеные браслеты и браслеты из бисера лежали вперемешку с кольцами всех размеров и дизайнов, но мое внимание привлекло ожерелье из плетеной веревки, лежащее в углу одеяла, пыльного от того, что на него попадала дорожная грязь. На выкрашенной в черный цвет тонкой веревочке болтался кулон, перевернув который я увидела разрезанный пополам инжир. Его семена были похожи на крошечные золотые бусинки, а прожилки, соединяющие их, были вышиты фиолетовым и розовым цветом. Внешняя сторона инжира тоже была фиолетовой, обведенной золотым контуром. Я провела большим пальцем по пушистой лицевой стороне.

— Сколько за это?

Я дала торговцу вдвое больше, чем он попросил, потому что не скупилась на низальские деньги, которые Арин все равно компенсирует Уэсу.

— У тебя ужасный вкус, – сказал Джеру, когда я сунула ожерелье в карман.

Внезапно дорога, по которой мы шли, резко пошла под уклон, и под нашими ногами посыпались камни. Мое сердце заколотилось, когда мне показалось, что я увидела, как женщина с вьющимися черными волосами исчезает в толпе. Куда бы я ни посмотрела, я везде видела Сорайу, но кроме нее на празднике мог появиться любой из ураби или муфсидов. Они кружили вокруг меня, как стервятники вокруг истекающего кровью оленя, выжидая, кто окажется ближе, когда у него откажут ноги.

Я попыталась унять свое беспокойство, сосредоточившись на текущей задаче. Когда мы вернулись к толпе отдыхающих, на сцену вышли танцовщицы, одетые в платья из тонкой ткани, по форме напоминающие рошельясов. Полоска ткани, изгибающаяся вокруг их груди и бедер, представляла собой длинную шею рошельясов, а короткая юбка, словно их тело, была расклешена. Волосы танцовщиц были заколоты, чтобы все могли увидеть колье в виде зубов ящероподобных любимцев Капастры. Застегнутое на затылке, оно удерживало соблазнительный ансамбль на их телах. За исключением тех частей, которые прикрывали небольшие полоски ткани, танцовщицы были практически обнажены, чем и привлекали внимание в равной степени и королевских особ, и стражников. Поэтому Сэфа, Марек и я, воспользовавшись моментом, ушли, как только они начали свой изящный танец живота.

Омалийские стражники во дворце узнали меня и разрешили войти внутрь. В Орбане осуществить эту затею нам бы точно не удалось. У меня было такое чувство, что наемники Орбана сделали бы нашу миссию просто невыполнимой.

— Ты знаешь, где находится комната Вайды? – спросила я Марека.