Хозяйка своей судьбы - Виктория Богачева Страница 22

Пришлось смириться с тем, что по дороге сбежать я не смогу.

— Миледи, — робкий голос мальчишки-оруженосца отвлек меня и от тягостных дум, и от подслушивания чужих разговоров.

Я подняла голову и посмотрела на Гарета — так его звали.

Младший сын виконта из захудалого, но древнего рода. Худощавый, высокий, с вытянутым лицом, острыми скулами и слишком серьёзным взглядом для своих лет.

— Его светлость просил сопроводить вас к их костру, — выпалил он скороговоркой.

Я подавила усмешку. Гарет наверняка старательно сглаживал углы. Роберт не попросил, а приказал. Не сопроводить, а привести.

Выбора у меня не было, и, кивнув, я медленно поднялась на ноги. Сир Патрик дернулся следом, и Гарет испуганно заозирался.

— Сир, Его светлость велел привести леди Элеонор одну, — промямлил смущенно, опустив взгляд в пол.

— А вот это я сам решу, — отрезал старый рыцарь, и мальчишка не осмелился спорить.

Втроем от одного костра мы прошли ко второму. Роберта появление сира Патрика не обрадовало. Сперва он напустился на ни в чем неповинного оруженосца.

— Я не ясно выразился, или ты оглох?! — прикрикнул он и отвесил мальчишке звонкую оплеуху.

Голова его дернулась, словно на веревочке, и Гарет схватился за ухо, по которому пришелся удар. Я вздрогнула, а вот сир Патрик застыл с каменным лицом.

— Коли я велю одну — значит, одну! — Роберт продолжал бушевать. — Это тебе понятно, негодный щенок?!

— Д-да, Ваша светлость, — стиснув зубы, пробормотал мальчишка.

— Пошел отсюда! Не попадайся мне на глаза, — рявкнул маркиз, и Гарета словно ветром сдуло.

— Ну, а вы, добрый сир, — Роберт повернулся к старому рыцарю, — по-прежнему считаете себя вправе не исполнять мои приказы? Ступайте прочь, пока я не подумал, что удары плетьми — подходящее для вас наказание.

Кажется, сегодня он был особенно не в духе. Могло ли причиной стать послание, которое он получил утром? Наш отряд догнал гонец на взмыленной лошади и передал Роберту какой-то сверток. После этого он не произнес спокойно ни одного слова, только кричал.

Сир Патрик щелкнул зубами, на лице у него проступило омерзение, но, бросив на меня прощальный взгляд, он все же ушел, и я осталась с Робертом наедине.

Два костра находились близко друг к другу, но костер маркиза от второго скрывала поросль молодых деревьев и кустов. Они не просматривались насквозь, и ощущение было такое, словно в лесу кроме нас двоих не было ни одной живой души.

Позади костра стояла своеобразная палатка. Посмотрев на нее, я сглотнула неприятное предчувствие.

Роберт же, перехватив мой взгляд, похабно осклабился.

— Всегда хотел понять, чего в тебе нашел мой брат.

И шагнул вперед.