Две судьбы Хальвдана Черного - Елизавета Дворецкая Страница 220

— Он не захотел… Вы не справили свадьбу?

— Пока еще нет, как видишь. Хальвдан конунг посчитал нужным сперва уведомить о свадьбе моего отца, Харальда конунга.

— Но почему ты не уехала с ним?

— Потому что Солейяр им отдан мне во владение, и я предпочитаю оставаться здесь.

— Теперь это опять наше… мое владение!

— Ему не бывать больше твоим.

— Но я… – Эйстейн опять оглянулся на Гутхорма. – Мы пришли сюда с войском! А Хальвдана нет, он сбежал к своей безумной мамаше, поджав хвост!

При этих его словах рука Рагнхильд невольно дернулась, будто хотела оправить платье. Подол его был таким длинным, что свешивался на ступеньки и полностью скрывал ноги.

— Зато здесь есть я!

— Ты? Но разве у тебя есть войско? – Эйстейн беспокойно засмеялся такой нелепости, осознав, как нелепо уже то, что он ведет подобный разговор с женщиной. – Хальвдан не оставил здесь никого!

— Он оставил меня!

— Но ты – не конунг!

— Я конунг не хуже других!

— У тебя есть войско?

Эйстейн бросил на Гутхорма еще один взгляд, но уже иного смысла. «Она безумная!» – хотел он сказать, и эта мысль пугала. Та Рагнхильд, которую он узнал, когда Хельсинг привез ее в Хрингисакр как невесту Сигтрюгга, была совсем другой. Настолько другой, что эта встреча казалась сном. Эйстейн таращил глаза, пытаясь убедиться, что они его не обманывают и он видит ту же самую девушку.

— Нет, – спокойно ответила Рагнхильд. – У меня нет войска.

— Значит, ты не можешь защитить Солейяр!

— Могу. Вы не можете его захватить.

— Почему? Что нам помешает?

— То, что у меня нет войска. Раз нет войска, вы не можете вступить с ним в сражение. А раз не будет сражения, не будет и захвата. Ну, Эйстейн конунг, как ты отнимешь у меня мое владение? Вызовешь на бой меня саму? Давай, я не побоюсь!

— Она безумна… – пробормотал Эйстейн, понимая, что еще немного такого разговора – и сойдет с ума он сам.

— Она права! – вдруг объявил Гутхорм.

Эйстейн с отчаянием взглянул на него – и этот рехнулся, послушав ее!

— Мы с тобой, Эйстейн, как мужчины, не можем вступать в сражение с женщиной, есть у нее войско или нет. Но это не значит, что мы не можем завладеть этой землей. Рагнхильд! – обратился Гутхорм к самой хозяйке. – Я, Гутхорм, сын Гудбранда херсира из Долин, предлагаю тебе стать моей женой.

— Нет! – без колебаний ответила Рагнхильд. – Я буду женой Хальвдан Черного. Нам так суждено. Брак со мной навек закрепит удачу его рода и со временем отдаст ему во владение весь Восточный и Западный край! Так предрекли ему норны.

— Тем больше у меня оснований сделать, как я сказал.

— Я не выйду за тебя.

— А вот это не тебе решать, – не смущаясь, ответил Гутхорм. – Женщины не сражаются, но женщины становятся женами мужчин. Иногда – даже против своей воли. Я возьму в жены тебя и в приданое получу твои владения. Так бывало не раз, и так будет еще. Ты согласен, Эйстейн конунг?

Эйстейн только захлопал глазами в изумлении. Если этот брак состоится, Солейяр, а то и весь Раумарики, окажутся во власти Гутхорма. Но сам Эйстейн, будучи женат, не мог жениться на той, что объявила себя законной хозяйкой. И если Гутхорм такое задумал, Эйстейну оставалось лишь биться за Солейяр с Гутхормом, а на это у него не было ни сил, ни решимости.

— И ты думаешь, что сможешь укротить эту ведьму? – вырвалось у Эйстейна.