Блуждающий дух. Ветра прерий - Татьяна Кагорлицкая Страница 225

Сидеть в четырёх стенах и терзаться мрачными размышлениями Джейн терпеть не могла, поэтому поспешила выйти на воздух. Она надеялась, что ни с кем не столкнётся: чудилось, что любой, кто увидит её сейчас, сразу догадается: она в смятении после встречи с тёмным духом. То были ничем не подтверждённые страхи. По крайней мере, мисс Эймс, от взгляда которой не удалось укрыться, ничего не заподозрила.

— Доброе утро, – бодро поздоровалась она, прохаживаясь вдоль поля.

Помедлив, Джейн протянула:

— Доброе… Ещё одна ранняя пташка.

— Вы тоже любите утренние прогулки?

— Не то чтобы – просто спится в последнее время не очень крепко, – уклончиво ответила Джейн.

— Кого вы, в таком случае, имели в виду?

— Мистер Оллгуд всегда встаёт ни свет ни заря.

Журналистка кивнула с немного неловкой улыбкой. Повисла пауза, чтобы было весьма непривычно, учитывая обычную скорость разговоров мисс Эймс. Наконец Маргарет, теребя воротник платья, тихо спросила:

— Как ваша рана? Помогло ли средство мистера Симмонса?

Джейн неосознанно передёрнула плечами.

— Всё в порядке.

Судя по встревоженному и виноватому взгляду Маргарет, она не поверила.

— Нет, правда. Щиплет, конечно, и ноет, но ничего смертельного, – успокоила её Джейн. – Оглядываясь назад, мне и вовсе кажется, что боль не была такой уж нестерпимой. Уколы в шею и вдоль позвоночника давались тяжело, а остальное… Скорее дело в том, что шаман не делал перерывов, да ещё в том, что само действо унизительно.

Вспомнив, как она стояла на коленях и терпела истязание, словно жертвенная овечка, Джейн снова передёрнула плечами и только потом спохватилась, что её слова вряд ли дадут совести Маргарет утихнуть.

— Не самое страшное, что могло случиться.

Скоро заживёт – и думать забуду.

Мисс Эймс покачала головой. Рыжие локоны, упрямо выбивавшиеся из любой причёски, качнулись, повторяя движение.

— Вы пострадали из-за меня… – Обычно подвижное, живое лицо журналистки превратилось в скорбную маску. – По моей вине погибли люди. Много людей.

Возразить на это было нечего, поскольку любые заверения в том, что ничего страшного не произошло, прозвучали бы неискренне. Джейн не стала бы спорить с тем, что Маргарет поступила опрометчиво и необдуманно, а её поступок повлёк за собой тяжёлые последствия. Впрочем, тот факт, что журналистка и сама это признавала, говорил в её пользу.

— Здесь такое не редкость. С тех пор, как мы ступили сюда и привезли с собой раздор и гнев… – Вспомнив, как Куана рассказывал о распрях, тянувшихся между разными племенами из века в век, Джейн добавила: – Хотя нет, едва ли мы стали первооткрывателями.

Маргарет печально свела брови.

— Моей вины это не снимает.

Помолчав ещё немного, она внимательно взглянула на собеседницу.

— Скажу честно, Джейн, я поражена тем, что вы бросились мне на выручку не раздумывая. Очень благородно с вашей стороны.

— Я думаю, вы поступили бы так же, – ответила она. – Ведь такое импульсивное благородство вам свойственно, верно?

Журналистка невольно улыбнулась.

— Обычно это моё качество определяют как полное отсутствие инстинкта самосохранения.

— Тогда почему вы подобрали другое определение, говоря о моём поступке? Уж либо мы благородны, либо бесстрашны настолько, что это тянет на слабоумие.

Какой вариант выберем?