Курс 1. Декабрь - Гарри Фокс Страница 229

Она знала, куда идти. Знала с самого начала.

Главная лестница вела вниз, в подземелья. Туда, где студентам появляться запрещено, а слугам — тем более. Но Оливия не остановилась. Она спускалась всё ниже, и ступени уходили в темноту, и воздух становился тяжелее, сырее.

Где-то далеко капала вода. Где-то скрипнула дверь. Оливия замерла, прислушиваясь. Тишина. Она двинулась дальше.

Коридоры подземелий были узкими, стены — грубыми, неотёсанными. Здесь не было магических светильников — только редкие факелы, вставленные в железные кольца, оставленные ещё основателями академии «Маркатис». Огонь трепетал, и тени плясали, создавая причудливые, пугающие узоры.

Оливия шла уверенно. Она не смотрела по сторонам, не искала дорогу — она шла, как по знакомому маршруту, который знала наизусть.

Наконец она остановилась перед стеной. Казалось бы, обычная каменная кладка, каких в подземелье десятки. Но Оливия подошла ближе, провела пальцами по шву между камнями, что-то шепча. Её голос был тихим, но слова — древними, незнакомыми.

Камень дрогнул.

Оливия отступила на шаг, и стена бесшумно разошлась, открывая узкий проход. За ним была ниша — крошечное помещение, в котором едва помещался один человек. В углу стоял старый сундук, покрытый пылью и паутиной.

Оливия опустилась на колени, откинула тяжёлую крышку. Внутри, среди истлевших тряпок и каких-то бумаг, лежала книга.

Она была в кожаном переплёте, тёмном, почти чёрном, с потускневшими металлическими уголками. На обложке — едва различимый герб, который Оливия узнала сразу. Её пальцы дрогнули, когда она коснулась переплёта.

— Я тебя нашла, — прошептала она, и голос её звучал странно — будто не её, будто древний, из глубины веков. — Триста лет ты здесь пролежал. Было одиноко?

Она открыла книгу. Страницы были жёлтыми, хрупкими, покрытыми выцветшими чернилами. Но Оливия не читала — она листала быстро, будто искала что-то конкретное. Наконец остановилась.

На развороте был рисунок. Человек в старинной одежде, с мечом в руке. Его лицо было затенено, но поза, разворот плеч, гордая осанка — всё это казалось знакомым. Слишком знакомым.

Оливия провела пальцем по изображению.

— Вот оно, — прошептала она, и в её голосе послышалось облегчение, смешанное с торжеством. — Наконец-то.

Она перевернула страницу. Текст был написан на древнем наречии, которое сейчас знали единицы. Но Оливия читала легко, быстро, и с каждым словом её лицо менялось — удивление, страх, удовлетворение.

— Так вот как это было, — выдохнула она.

В конце раздела, на полях, кто-то оставил пометку. Почерк был торопливым, почти неразборчивым, но Оливия прочитала:

«Если ты это нашёл — значит, время пришло. Ищи того, кто носит кровь Гинейлов, Бладов или Дарквудов. Он(она) — ключ. Он(она) — надежда. Или проклятие. Всё зависит от того, кто держит руку сосуда».

Оливия захлопнула книгу. Её сердце колотилось, как птица в клетке. Она спрятала дневник за пазуху, задвинула сундук на место, и стена сомкнулась за ней, скрыв тайник навсегда.

Она уже повернулась, чтобы уйти, когда услышала шаги.

Где-то в коридоре, далеко, но приближаясь. Тяжёлые, уверенные. Не студент — кто-то из преподавателей, или, может, стражник.

Оливия замерла. Факелы горели ровно, тени застыли, а шаги становились всё ближе.